Чуть не треснуло очко!

Их паром прошибло сразу; через несколько секунд оба были мокрые, волосня прилипла к телу, обжигало дыхание, но было очень хорошо. Дядя Игорь огляделся. Лёхе, скорее всего, с непривычки был немного тяжко находиться в парилке, он часто дышал, обтирая ладонями пот с плеч и груди, который потом струйкой тёк по брюху вниз. Нестерпимо горячо, потому быстро присел опять. От жары яйца отвисли совсем низко, так что ими гордиться можно было.

Дойдя до кондиции, дядя Игорь с Алексеем, быстро вышли, Лёха, красный как рак, охреневший, разморённый. Они, молча, пошли к бассейну.

Одним прыжком дядя Игорь и Алексей оказались в ледяной воде небольшого бассейна, где уже плавал Анатольевич с ребятами, парни и страстно трахались в бассейне и делали приятно друг другу. Тело дяди Игоря в бассейне сжалось, застонало от кайфа, стало нестерпимо хорошо. Лёха рядом фыркал как тюлень, погружаясь с головой под воду.

— Не хотите ли к нам присоединиться? — спросил Анатольевич у дяди Игоря и Лёхи. — Вон, Игорек, смотри, как Женька сейчас в беседке Антошку твоего натягивает!

Все тут же посмотрели на беседку, и от изумдения раскрыли рты.

Антон лежит в беседке на спине на большом столе, Женька его трахает промеж булок, а сзади Женьки стоит Сенька и вставляет ему два пальца в его дырку так, что Женька орёт от кайфа.

— Да и пускай натягивает, пускай молодёжь опыта набирается, — сказал дядя Игорь и, повернувшись к Лёхе, продолжил, — а я сейчас Лёхе хочу вдуть, пойдём обратно, в баньку, малыш.

— Пойдём, — сказал Лёха.

Дядя Игорь и Алексей опять зашли в баню. Стояла невыносимая жара, Алексей лёг на скамейку, покрытую белой простынёй. Дядя Игорь взял в руку веник и охаживал им широченную спину Алексея, вниз, вниз.

Алексей стонал басом и хватался за лавку. По заднице, по ногам, опять по спине, по загривку. Палкостояние в это время у дяди Игоря было очень откровенно, было отчётливо видно, что дядя Игорь хочет прямо сейчас спустить меж булок Алексея.

— Переворачивайся! — скомандовал дядя Игорь.

Лёхе ещё тяжелее стало. Веником по плечам, по груди, подмышки были тоже, капец какие, густые, чёрные, хотя волосы и слиплись, Алексей был сам против того чтоб брить подмышки. В это время у обоих начали конкретно вставать сервелаты.

Лёха лежит, словно не у него ствол встаёт, потом принял сидячее положение, смотрит на дядю Игоря, на его полу вставший сервелат, и усмехнулся по-доброму, тихо так, кивнув головой на дядю Игоря, и говорит:

— Хорошая конфетка, такую сладость бы всю жизнь сосать!

— Ртов то много, а конфетка у меня одна, — парировал дядя Игорь и заодно похвастался этим. — А вообще, у меня одновременно три человека сосали, это мой личный рекорд! Слабо?

— Конечно, слабо, тут хоть бы одного найти.