Чуть не треснуло очко!

Его движения взад-вперёд были сначала медленные, он полностью выводил свой сервелат из Фиминой дырки, а затем, направляя его одной рукой, снова вставлял и вводил до самого его основания, при этом его яйца бились о Фимины булки. Шланг Фимы начал реагировать на действия Жени, и уже был наполовину напряжён. С каждым разом Женя начал увеличивать темп движений, теперь он уже не выходил полностью, а оставлял в колечке только шляпу своего сервелата. Женины толчки стали резкими, как будто он хотел пробить в дырке новую дырку и прорваться дальше. С каждым толчком, его напор становился сильнее.

Его глаза, не перестававшие смотреть на Фиму, были затуманены. От такого напора Фима начал громко стонать. Это, по-видимому, ещё больше завело активного Женю, его напор стал еже сильнее. Каждый толчок теперь сопровождался нецензурными словами и хлопками руками по булкам.

— Так тварь, получай, у, сука, кайф, давай тварь!

Неожиданно Женя вынул, и его сервелат был испачкан коричневым нектаром.

— Теперь стань раком, — скомандовал Женя.

Фима повиновался. Как только он встал на четвереньки, Женя одним сильным толчком вогнал свою долбилку в очко и продолжил с силой долбить.

Фима чувствовал небольшую боль. Фима продолжал кряхтеть и стонать, а Женя сыпать матом. Стоя на четвереньках, Фима начал ему подмахивать, что вызвало у Жени бурю восторга. Его напор не уменьшался.

— Давай, сука. Вот, молодец, ух ты! — орал Женя.

Теперь руки Жени были свободны, и он начал мять Фимины булки, при этом стараясь раздвинуть их как можно шире. Время от времени он шлёпал ладонями по половинкам и с каждым разом эти шлепки становились всё сильнее, и булки начали гореть краснотой от наносимых им ударов.

Кровать под ними ходила ходуном, казалось, что она сейчас развалится, не выдержав такой скачки. Мимо кабинета проходил дядя Игорь, но услышав, что кто-то опять сегодня трахает владельца ресторана, решил заглянуть к Фиме попозже.

Фимин шланг уже стоял во всю, из него капала смазка. Тут же Фима начал теребить свой шланг и вскоре закончил, Женя вынул свой шланг из Фиминой дырки и брызнул ему молоком на спину. Когда поток молока иссяк, Женя прижался и начал растирать молоко по Фиминой спине.

Затем Женя откинулся на спину и заснул, его шланг обмяк. Фима понял, что на сегодня, он удовлетворён полностью. Фима лежал рядом и смотрел, как Женя мирно спит, посапывая, как его грудь вздымается и опускается. Впервые Фима чувствовал привязанность к мужчине, ему хотелось провести с ним ещё не одну ночь, чтобы он ещё раз вот также отбарабанил его. Фима очень сильно хотел распечатать его очко, разбуравить его так, чтобы можно было загонять в него бильярдные яйца, что впоследствии и было сделано.