Даниил Галицкий

Закупом был, изгоем в монастырях, а потом прогнали. Работать не может, здоровья нет, а кормить даром в монастырях не хотят. Вот и бродит нищим, хлеба просит.

Медленно шли они через мост, еле двигались. Легче стало, когда вышли в детинец, но и там нельзя было пойти быстрее — впереди были головы и спины.

— Жарко, — намекнул Иванко на кольчугу.

— Ничего, зато не будет холодно.

— Не увижу ли я тут Якуна?

— Ищи иголку в сене!

Наконец добрались до площади, их словно волной сюда прибило.

— Глянь, вон видишь помост, там будут архиепископ и посадник, — толкнул Микула Иванку.

Иванко поднялся на цыпочки и над головами увидел высокий помост перед храмом Софии.

— А князь? — спросил Иванко.

— И князь, и Дмитрий там будут. Смотри, смотри, уже выходят!

Первым взошел на помост архиепископ в раззолоченных ризах, поодаль, в сторонке, остановился Мстислав, а потом, пропуская Дмитрия перед собой, появился посадник. Он подошел к архиепископу и начал что-то шептать ему.

— А там бояре, вон смотри, на паперти, — показывал Микула рукой, но Иванко не видел их, ибо паперть была за помостом.

Площадь гудела тысячами голосов.

— А нам будет слышно? — обеспокоился Иванко.

— Услышишь! — крикнул Микула.

Иванко теперь не отрывал глаз от помоста. Вдруг трижды ударили в колокол.

— Чтоб замолчали все, — пояснил Микула.

И верно, шум начал утихать.

Кирилл устроился лучше всех галичан. Он стоял на крыльце монастырского книгохранилища, а это было очень близко от помоста. Андриан помог ему в этом. Вчера шепнул своему гостю, что утром вече собирается.

— Хочешь все увидеть — ночуй у меня. Выйдем, когда все соберутся.

Мог ли перечить Кирилл? Да он с радостью поблагодарил Андриана, только вечером сбегал к своим и предупредил их, что ночевать будет у монаха Андриана.

С высокого крыльца хорошо видно всю площадь. Кирилл силится увидеть, где стоят галичане. Рассыпались они повсюду между новгородцами. Вон стоит Иванко с Микулой, а вон два дружинника, а там, слева, еще трое.

— А кто это напротив нас? — наклонился Кирилл к уху Андриана.

Андриан дернул его за руку и тихо ответил:

— Сейчас скажу, подожди… То купцы заморские… Не разговаривай громко, их биричи недалеко стоят, услышат.

У крыльца высокого каменного строения, вдоль стены, — широкий помост со скамьями. На них сидят безбородые напыщенные чужеземцы.

— Тот, который с самым большим посохом, — продолжал Андриан, — купец из Дании. Много денег имеет.

— Дания? — вопросительно посмотрел Кирилл.

— Есть такая страна на море, там, где солнце заходит.

— Как много их! — удивляется Кирилл.

— Много. Множество товаров к нам везут, но и от нас немало берут. Два двора занимают, немецким и готским те дворы называются. Пускай живут — хороший люди.