Даниил Галицкий

— Не бойся, боярин, теперь не убегу. У Теодосия слово не только острое, но и твердое, никто не переломит, — засмеялся Теодосий.

Оставив второго пленного с двумя дружинниками во дворе, Дмитрий с Твердохлебом, Людомиром и остальными дружинниками пошли за Теодосием. Тот повел их в овраг, оттуда в лесную чащу, где не было ни одной тропинки и где обычно ходили только звери. У второго оврага Теодосий остановился.

— Вот здесь она. А ну, боярин, найдешь ли сам?

Сколько ни смотрели вокруг, нигде ничего не видели.

В овраге рос густой лес, на маленькой поляне желтела сухая трава.

— Ну что, боярин, теперь веришь моему слову? — покачал головой Теодосий. — Верь мне, жалеть не будешь. Я не душегуб. Это Владислав людей ест. Без моей помощи ты бы никогда не нашел Светозару.

Он подошел к пригорку и ударил ногой по дубовому пню, пенек отвалился, и все увидели дыру.

— Полезай туда, боярин, — сказал Теодосий.

Дмитрий нерешительно глянул на всех. Теодосий с укоризной покачал головой. Тогда Дмитрий смело бросился к дыре, спустил в нее ноги и спрыгнул вниз. Оказавшись в яме, он заметил мерцавший слева огонек. Пролез в боковую дыру и увидел Светозару. Она сидела в углу, опустив голову. Услыхав шум наверху, Светозара испугалась, боялась подать голос и теперь, увидев Дмитрия, не верила своим глазам.

В княжеской гриднице волновались. Наступали сумерки. Мирослав непрерывно посылал отроков на башню спрашивать стражу, не видно ли дружинников. В гриднице молча сидели бояре и княгиня. Наконец в дверь вбежал отрок и крикнул:

— С восточной башни увидели — от реки Медухи к Днестру кто-то едет, в темноте два факела горят!

— Зажгите на башне огонь: пусть знают, что мы их заметили, — приказал Мирослав.

— Огонь уже горит, и оттуда подали знаки — дважды закрыли факелы.

— Значит, вдвоем едут! — радостно вздохнул Семен и засуетился, как мальчик. — Я пойду, я побегу навстречу!

— Подожди, и я с тобой, — сказал Мирослав. — Приготовить ворота и мосты! — приказал он отроку, и тот быстро рванулся к двери. — А теперь и мы пойдем. Только не одни, а с дружиной… Всяко может быть.

— Быстрее! Быстрее! — подгонял его Семен.

Когда во дворе послышался конский топот, Мария бросилась по ступенькам в сени и там встретилась со Светозарой. Она потащила ее наверх, в гридницу. Светозара была бледна. Монист на ней не было, рукава праздничного наряда свисали оборванные, шея исцарапана, но лицо радостно сияло.

— Жив! Данилко! — кинулась она к мальчику, спавшему на скамье.

— Спасибо тебе, Светозара, за то, что сына спасла.

В это время в гридницу вошли Мирослав, Семен и Дмитрий.

— Княгиня, — сказал Мирослав, — слово мне сказать тебе нужно. Не зря ведь говорится, что нет худа без добра: поймали тех всадников и новость узнали. Нужно увозить отсюда Даниила.