Девочка с серебряными глазами

Но мне точно известно, что она считала странным любого ребёнка, который читал так же много, как Кэти, а ведь она сама научилась читать, когда ей было всего три года. Но некоторые дети тоже рано учатся читать, поэтому дело не в этом. И кажется, у неё никогда не было друзей. Однажды я говорила с одной из её учительниц, и она тоже намекала, что Кэти странная, но я так и не смогла выяснить, что она имеет в виду. Я спрашивала, но она отвечала уклончиво. Кажется, по какой-то причине дети её недолюбливали. Да, я нервничала перед тем, как привезти её сюда, но не только из-за расходов.

Я не знаю, что с ней делать!

Это было очень интересно. Иногда Кэти подслушивала разговоры бабушки Уэлкер, но бабуля и её подруги обсуждали лишь других пожилых дам, что сказал пастор Грутен во время молитвенного собрания и рецепты вроде крэмбла с ревенём.

Кэти подошла поближе. Ей было не по себе от того, что Моника и Нейтан так о ней говорят, но тем не менее она узнала много нового. Она никогда не слышала о том, что её мама работала в компании «Кёртис Фармасьютикалс» и продолжала общаться с другими женщинами, которые тоже там работали.

– А каким лекарством ты занималась в этой фармацевтической компании? – спросил Нейтан.

– Лекарство, которое там выпускали. Как оно называлось? Для чего его использовали?

– Оно называлось ***мин. Это было болеутоляющее, – ответила Моника.

Кэти подошла так близко, что почти видела маму. Моника перевернула бифштексы и снова закрыла дверцу духовки.

– Они всё время придумывают новые лекарства и избавляются от старых, – продолжала Моника. – Салатной заправки не осталось?

Нейтан принялся рыться в дверце холодильника.

– Заправка по-французски. – Он поставил бутылку на стол.

 – Ты когда-нибудь принимала это лекарство? Типан… или как его там?

– Да, мы все его время от времени принимали. Когда у нас болела голова, а одна девушка пила его от колик. Оно отлично помогало.

– Оно помогало, но они перестали его выпускать. Моника, что, если они решили всё прикрыть, потому что оно оказалось опасным?

– А какая теперь разница, после стольких лет? Если оно и было опасным, теперь его всё равно не существует.

– Да, – согласился Нейтан, скрестив на груди руки и глядя на неё. – Но что, если оно уже причинило тебе вред? Я имею в виду, теперь ведь известно, что некоторые лекарства очень опасны для беременных женщин.

Они могут навредить ребёнку.

Моника, казалось, забыла об ужине.

– О чём ты говоришь? Что работа в компании «Кёртис» могла причинить вред Кэти? Но какой?! Она очень умная, у неё было столько же пальцев на руках и ногах, сколько у обычных людей, и…

– И она странная, – закончил Нейтан. – Может быть, именно поэтому. Может быть, она мутант или что-то в этом роде. Знаешь, как если бы она подверглась облучению.