Дилемма Золушки

С Невского, по которому мы в плотной толпе двигались медленно, то и дело на что-то отвлекаясь и останавливаясь, свернули наконец на набережную реки Мойки и только тогда пошли резвее.

Неподалеку от Красного моста Марфинька вдруг встала, стукнула тростью в тротуар и ею же прочертила в воздухе линию, параллельную крыше трехэтажного желтого дома.

– Вот окна барабасовской квартиры, – озвучила пантомиму немой Фенеллы тетушка.

Марфинька кивнула и нарисовала тростью полукруг.

– Вход со двора, – перевела с языка немых тетушка.

Марфинька уверенно проследовала под арку, но в классическом дворе-колодце немного помешкала, выбирая подъездную дверь.

Постучала по наручным часам, развела руками («Давно она тут не бывала», – объяснила догадливая тетушка) и направилась к стеклянной трубе лифта, судя по материалам и конструкции прилепленного к стене не в прошлом веке.

– Можно я вас во дворе подожду? – Муж мой утратил желание двигаться дальше, едва взглянув на хрустальный гробик тесной кабинки.

Во всех смыслах тесной женской компанией мы поднялись на третий этаж, и там Марфинька без лишних телодвижений придавила пальчиком кнопку звонка у массивной деревянной двери.

Я обратила внимание на отсутствие при кнопке традиционной для старых питерских домов таблички с указанием количества звонков, соответствующих вызову конкретных жильцов. Не коммунальная, значит, квартирка.

Признаться, я не ожидала, что нам откроют, ведь тетушка говорила, что Барабасов жил один. А версия о том, что сразу после его смерти квартиру оккупировала жена-наследница, не имела под собой никаких реальных оснований. Даже то, что Барабасов мог на старости лет вступить в законный брак, было чистой воды предположением.

А уж то, что его супругой стала таинственная Гейша, и вовсе казалось мне притянутым за уши.

Но дверь открыла именно она – гейша!

Хотя… Откуда мне знать, как в действительности выглядят гейши? Я в реальности ни одной такой не наблюдала, только на картинах видела.

Появление на пороге стройной фигуры в явно азиатском наряде – широкие брюки и блуза с пуговками-узелками, украшенная этнической вышивкой, – произвело впечатление не только на меня. Все онемели, как та Фенелла!

В прихожей было темно, лица предположительной Гейши я не видела, но и она тоже удивилась – это стало понятно по оборванной фразе:

– Так скоро? Я ждала тебя только…

– Добрый день, – в наступившей тишине произнесла безупречно воспитанная тетушка и тоже замолчала.

Что мы будем делать, если действительно застанем Гейшу в квартире Барабасова, заранее не обсуждали, поскольку на самом деле не рассматривали такую вероятность всерьез.

Ирка подпихнула меня локтем, я так же толкнула ее в ответ, но с места не сдвинулась и рта не раскрыла.