Дилемма Золушки

– Мара даст свою экспертную оценку, но у нее одно условие: мы ей расскажем о нашем расследовании, она хочет знать все, – недовольно сообщила Ирка.

– Неутолимое любопытство – ваша фамильная черта, – заметила я без одобрения, но и без упрека.

Просто констатировала факт.

– Это точно. – А вот в голосе подруги прозвучали нотки гордости. – Поэтому удаленной консультации не будет, в полдень мы встречаемся с Марой.

– Вот и определился план на завтра. – Я не стала возражать.

Только вытянула из морозилки сырую курицу, чтобы с утра пораньше зажарить ее и оставить своим мужчинам для пропитания в мое отсутствие.

Одним вареньем они не удовлетворятся. Хотя и его охотно слопают, тут к профайлеру не ходи.

– Театральный сквер, как прекрасно! – радовалась Ирка, пока мы с ней шли на назначенную встречу с нашим психологом-профайлером. – Боровский замечательно влияет на Мару – окультуривает ее!

Супруг Марины – известный археолог, доктор соответствующих наук и коренной петербуржец. Живет молодая семья в его квартире у метро «Садовая», поэтому меня не удивило место встречи – до Театрального сквера от дома Боровских от силы десять минут спокойным шагом.

Хотя какой спокойный шаг с башибузуками? Масяня и Манюня переполнены энергией и перемещаются в пространстве преимущественно бегом и вприпрыжку. Иногда при этом наворачивая круги вокруг идущих спокойным шагом.

Марина сидела на лавочке, попивая кофе из бумажного стакана и глядя на здание Мариинского театра. Мы подошли к ней сзади, со стороны набережной канала Грибоедова, и Ирка, внезапно положив руки сестре на плечи, филином ухнула ей в ухо:

– Ха! – отозвалась Марина, даже не вздрогнув.

 – Этим меня не проймешь, я ведь уже который день пасу твоих детишек.

– Всего-то третий. – Ирка села рядом с сестрой справа, я – слева. – Кстати, где они, мои детишки?

В сквере и окрестностях было тихо, присутствия поблизости башибузуков ничто не выдавало.

– Отправились в экспедицию. – Марина с удовольствием отхлебнула кофе.

– На Северный полюс? – с надеждой спросила любящая мать.

– Пока – всего лишь к новому зданию Мариинки. Боровский рассказал им, что там можно найти древние окаменелости.

– В смысле, таких же неубиваемых театральных драконов, как наша Марфа Зарецкая? – не поняла я.

– Нет, реальные окаменелости эпохи мезозоя. Их легко можно увидеть прямо на стенах здания Новой сцены – в облицовке из плиток полированного известняка. Он с юрского периода прекрасно сохранил раковины аммонитов.

– Как интересно! – восхитилась я. – Я тоже хочу в экспедицию! Пойдемте смотреть театральных аммонитов?

– Сиди. – Ирка удержала меня за полу куртки. – По-моему, исследователи как раз возвращаются.