Дорога на Север

Я не знала, что ответить, растерявшись, но теплое пламя понимания в груди вспыхнуло еще жарче, как будто в него подкинули дров.

— Ро… — Синие глаза потухли от одной только интонации, заставив меня поспешить с дополнением. — Я тоже тебя люблю.

Он как-то встряхнул меня, подкладывая под мое тело руки и когда мы оказались на удивительно близком, (казалось так близко и быть не может!!!), расстоянии, я наконец почувствовала такую долгожданную наполненность. Горячий ствол мягко раздвигал влажные и горячие от возбуждения складочки, плавно проникая внутрь, позволяя привыкнуть к размерам. Раздвинув головкой не особо сопротивляющееся лоно, Рохан скоро почувствовав преграду, глубоко вздохнул.

Он заставил обхватить его шею руками и не выходя из меня встал, подхватывая мои ноги под коленями. Широкие ладони опустились на ягодицы и приподняв их, Росс, прикладывая силу, насадил меня на свой член.

Я вскрикнула. Так тесно стало в своем теле. Наслаждение заставляло стонать меня при каждом движении, расслабившись в руках Рохана, доверившись его силе. Мне даже показалось, что он специально выбрал эту позу, чтобы я поняла, что ему можно доверять.

Вернувшись к своим ощущениям, я наслаждалась огнем желания, который кипятил кровь, золотистыми пузырьками расплываясь по венам. Голодная до похоти банши с печальным видом наблюдала за актом любви, который был чище солнечного света и о темной липкости похоти не шло и речи. Вот что значит влюбиться в свой сангин. Страсть приобретает иной смысл, позволяя получать из секса не запретное удовольствие, так необходимое для жизни желание.

Это не так. Это по-другому.

Новые эмоции и ощущения кружили голову, пьянили и я с каждым вдохом и стоном шептала:

— Рохан… Люблю… Ро… Я люблю тебя…

Он утонул во мне. Шел на мой голос и не видел ничего кроме любви. Он был везде, во мне, передо мной, рядом, близко и всего мне казалось мало. Им невозможно напиться.

Я не поняла, как оказалась прижата к стенке, но изнывающее чувство пожирающее терпение заставляло рвано двигать бедрами, в попытках успокоить нарастающий и грозящий вот вот взорваться вулкан.

— Подними ножки, милая. — Рохан позволил устроиться по удобнее и придерживая меня за зад, начал вколачиваться вглубь, выбивая из меня громкие стоны.

Меня выкручивало от удовольствия. И спустя пару минут я забилась в его руках, пьяно всхлипывая от скрутившего меня удовольствия. Несколько движений во мне и пульсация, текущая от низа живота к горлу, прибила меня к стене второй волной. Рохан начал кончать, крепко целуя меня в губы и прихватив одной рукой за горло. Пока я выкрикивала его имя, мужчина отпустил мою шею и отодрав от стены понес на диван, не желая вынимать из меня все еще твердый член.

Не нужно было слов. Все было и так ясно.