Движение к цели

Сердце стучит, пытаясь вырваться из грудной клетки, кровь мчит по жилам с чудовищной силой. Адреналин. Да.

Кажется, моё состояние передаётся и Давиду. Человек он сам по себе спокойный, да вот только голос крови никто не отменял. Поэтому мы летим по обледеневшему шоссе, нарушая все мыслимые запреты.

— Куда теперь? — спрашивает водитель, когда мы въезжаем в деревню.

Да вот хрен его знает, товарищ майор.

— К магазину. Вдруг работают.

Магазин оказывается закрытым, но рядом с ним я вижу двух колдырей в телогрейках и валенках. Похоже, они уже хорошенько отметили сегодняшний праздник.

Я подскакиваю к ним.

— Здорово, мужики. С праздником.

— С праздником, — передразнивает один. — А почему в праздник магазин закрыт, а? Я тебя спрашиваю. Клава, сука, покинула пост.

— Пошли к Зинке, говорю, — урезонивает его второй. У неё всегда имеется. И не дорого.

— Так, — прерываю я их. — От имени командования готов выделить премию в размере пяти рублей на поход к Зинаиде. Но только в обмен на информацию. Алё, отцы, вы меня слышите?

— Чё? — спрашивает первый.

— Ого! — одобрительно шепчет второй.

— Рыжий парень, лет двадцати, звать Кирилл.

Знаете такого?

Они молча смотрят друг на друга соображая, что происходит. Для убедительности я достаю пятёрку и демонстрирую им.

— Рыжий? — спрашивает первый.

— А как звать? — спрашивает второй.

— Кирилл. Кличка Рыжий. Сам он не слишком рыжий, блондин просто.

— Ага, точно — говорит первый. — Это ж Варькин сын.

— У него ещё «Москвич» светлый, — уточняю я.

Второй задумчиво чешет затылок, сдвинув на глаза клочковатую кроличью шапку. Первый облизывает пересохшие губы, и я понимаю, что он испытывает неописуемые страдания.

— Ага, — моргает он.

 — Сын. Только не Варькин, а Зинкин.

— Это какой Зинки, самогонщицы что ли? — уточняю я.

— Нет Варькин, — настаивает первый. — Зинка ему бабка. А мать Варька.

— Ну, так ведите, — командую я.

— Пятёрку давай, — мрачнеет второй. — А то ишь…

Я отдаю пять рублей.

— Туда, — машет он рукой.

— Давайте в машину. Покажете.

— Х*ли тебе показывать?! Вон там за углом. Вона, трубу отсель видать, красная. Ну, видишь? Там Зинка и живёт.

— Кто ещё живёт? — спрашиваю я.

— Никто, только Зинка да Варька. Рыжий ихай в городе болтается. Он блатной.

А в огороде у них бомжи пашут за выпивку, мантулят с утра до ночи. Летом.

— Егор! — окликает меня через открытое окно Давид. — Тебя.

Я подхожу и он протягивает мне телефонную трубку. Мне приходится наклониться к окну из-за небольшой длины провода.

— Брагин, — говорю я.

— Твою мать, Брагин! Ты что творишь?

— Товарищ капитан, я сейчас в деревне. Нахожусь у магазина. От магазина видно дом с высокой красной трубой. Предположительно это дом матери и бабки Рыжего. Они живут здесь постоянно, а он приезжает из города.