Эффект Грэхема

И ведь мы собирались провести этот вечер командой. Поужинать, посмотреть записи старых игр – в конце концов, официально это наш последний вечер в таком составе, последний вечер похожего на американские горки сезона, полного взлетов и падений.

– Почему этот мудак Клейн раздает интервью о том, что его вообще не касается? – разъяренно вопрошает Рэнд Хоули.

– Вот правда, – надо же, Трагер соглашается с Рэндом. – У меня возникает подозрение, что челюсть ты ему сломал заслуженно.

– Так и есть. В тот раз он после игры сказал кое-что гораздо хуже.

– Что он сказал? – спрашивает Колсон. Он примостился у стены рядом с Гарретом. При встрече они обнялись, и от этого зрелища я, признаться, был не в восторге.

– Ничего такого, что стоило бы повторять. – Я со вздохом обвожу взглядом комнату. – Парни, вы играли со мной весь год. Вы знаете, что никакого взрывного характера у меня нет. Меня не так-то просто вывести из равновесия.

– То есть этот кусок дерьма тогда языком шлепал и теперь снова взялся за старое, – рассуждает Трагер. – Ты же понимаешь, чего они пытаются добиться, да? Они пытаются отвлечь нас чрезмерным ажиотажем вокруг, чтобы мы не могли сосредоточиться на игре.

– Ну и пусть идут на хрен, – объявляет Рэнд, кивая Трагеру. – Ничего у них не получится.

– Нет, не получится, – соглашается Колсон.

Наконец голос подает тренер Дженсен.

– Завтра мы можем пропустить утреннюю пресс-конференцию, если хочешь, – предлагает он, не сводя с меня сурового взгляда. – Я преспокойно сообщу организаторам, что нас она не интересует.

Перед игрой всегда устраивают пресс-конференцию с участием двух команд – обычно их представляют капитаны и их помощники. Майкл Клейн как раз из последних.

– Ничего страшного, – заверяю я тренера. – Я справлюсь.

Темные глаза смотрят на меня в упор.

– И завтра ты сумеешь сконцентрироваться на деле?

– Разумеется. Как и всегда, – обещаю я.

Тренер, кивнув, направляется к выходу – вместе с Гарретом, который на прощание крепко сжимает мое плечо. Остальные тоже начинают расходиться. Я провожаю ребят до двери, выслушиваю самые разные ободряющие слова, которые, честно говоря, мне совершенно не нужны. Я просто хочу остаться в одиночестве – желательно даже без Шейна, но он мой сосед по номеру.

Колсон медлит, потом машет рукой, чтобы я вышел вслед за ним в коридор. Оставив дверь приоткрытой, я иду следом.

– Ты нормально? – резко спрашивает он.

– А тебе правда не все равно?

– Правда. Кроме того… – Кейс с шумом выдыхает. – Никогда в жизни не думал, что скажу это, но… я вроде как по тебе скучаю.

– Скажи, а? Кто в здравом уме будет скучать по твоим долгим паузам и дурацким комментариям?

Я провожу рукой по волосам, и взгляд Кейса тут же останавливается на моей левой руке. Смех мгновенно стихает.