Её несносный студент

Не понимает, что я без нее задыхаюсь, не понимает, что меня уже не отпустит. Я и сам не понял, как вышло так, и как я в ней так погряз, настолько глубоко, что не пугает меня ни ребенок ее, ни отношения вполне себе серьезные, в которые я так старательно вляпаться пытаюсь и ее втянуть. И она… она ведь хочет, тоже хочет, я ведь видел это, чувствовал.

И на поцелуи мои она со всей страстью отвечает, и не физиология это, далеко не физиология. Просто не верит, боится, не доверяет. И я бы на ее месте тоже не верил. Я и повода не дал ей считать иначе, довериться мне.

Только напирал ведь, ее не спрашивая. А у нее ребенок, маленький, блин, ребенок. И у ребенка этого реальные потребности имеются, а Александровна из-за меня заявление на стол положила, уволилась из весьма престижного учебного заведения.

И от осознания этого факта мне так тошно становится, я ведь мог ей своими выходками конкретно так жизнь попортить.

— Мне вообще нравится, конечно, у него детский сад, а я работать должен больше, — напоминает о себе друг, бурчит себе под нос, но беззлобно.

Меня, наверное, идиотом больным считает, а мне как-то пофиг совершенно.

Ксюша права, у нее дочь и ей о ребенке нужно думать, вот вместе и подумаем.

Будет как я сказал...

— Мама, а когда придет Егор? — Котенок просто пригвождает меня к деревянному полу.

Нет. Ну нет же, не могла она так быстро его запомнить. Да что же за наказание такое. Волков, черт бы тебя побрал!

Делаю глубокий вдох и выдыхаю. Как? Ну как объяснить маленькому ребенку, что не нужно привязываться к незнакомым, чужим совершенно мужчинам? Понимаю, что это моя ошибка, самая большая ошибка, потому что я не то, что вопроса этого, я знакомства вчерашнего не должна была допускать ни при каких обстоятельствах.

Но кто же знал, кто бы вообще мог подумать, что Волков, чтоб его, так быстро обустроится в маленькой светловолосой головке.

Поворачиваюсь к дочери, смотрю на своего ангелочка и сердце до боли сжимается в груди. Катя ведь еще совсем малышка, глядит на меня своими огромными голубыми глазами, полными ожидания и… пустых надежд, а я… я и слова выдавить из себя не могу. Это ведь очевидно — ребенку, даже девочке, необходимо мужское внимание.

И даже столь короткое знакомство с Волковым, явно произвело на нее большее впечатление, чем я могла бы себе представить. И как мне ей теперь объяснить, что он не придет больше, потому что я поступила правильно. В очередной раз сделала то, что должна была, вопреки кричащему, колотящемуся в грудной клетке сердцу.

— Послушай, Котенок, — начинаю, стараясь подобрать правильные слова, и понимаю, что таких просто нет. Дети, они ведь другие, они не понимают, что в жизни все немного сложнее, чем кажется.