Год Ветра

Ну, древние боги они только в мраморе сохранились, а у моего первого мужчины… надеюсь, последнего… В общем у него смуглая кожа и волосы: на груди, руках и пониже пупка. Это мне не противно, папа ходил по пояс раздетый, так Илюше расти и "волосеть" ещё долго до такого, что ходило по нашему с мамой дому.

А вот во всём остальном Ветер меня снёс. В буквальном смысле, я почувствовала слабость в ногах. Он стройный и очень крепкий. Вот этот турник не зря висел у его рабочего места. Руки мускулистые с извилистыми выпуклыми венами, похожими на дельту реки. Широкие плечи, подтянутый рельефный торс. Впалый живот с ярко выделяющимися мышцами.

Его нужно рисовать. Иначе никак!

— Пообещай, — тяжело сглотнула, в горле почему-то стало сухо, я почувствовала мелкую дрожь, что пробивала изнутри. — Пообещай, что ты только мой. Не хочу, как кофта на турнике.

— Обещаю. Но ты выходишь за меня замуж.

— Да. Конечно, папа разрешил, — с радостью согласилась я.

3 Глава Целуй меня жарко

Диван книжка разложен. Горел ночник в коридоре, и в окна лился свет города. Освещение оказалось разнообразным и в полутьме появилось много необычных оттенков и ползающих по полу теней. Интересно, что я никогда не боялась темноты и выдуманных монстров, но всегда боялась злых людей и страшных обстоятельств.

Я неплохо видела парня, хватило, чтобы запомнить. Илья положил под себя три подушки и развалился, полусидя, закинув руки под голову. В спортивных штанах явная эрекция, на губах улыбка.

— Рисуй! — великодушно разрешил он.

Я аккуратно прикинула через него ногу и присела. Подозрительно скрипнул под нами старый диван.

Попой чувствовала твёрдый мужской орган. Но не отвлекалась, ведь мне нужно его запомнить. Моя память отменная и немного странная. Если я буду видеть, и водить руками, то смогу повторить без фотографии.

Колонковая кисточка имела форму овала с острым кончиком, она невероятно мягкая, но достаточно широкая. Я вначале ею провела по волосам Ильи. Странный цвет у него на шевелюре. В сумерках необычный, я ещё при дневном свете насчитала двадцать оттенков. Выцвели так странно?

— У тебя слишком разноцветные волосы, — прошептала я.

Он видимо, ничего не понял из того, что я сказала. Промолчал.

Лёгкими штрихами провела по виску вниз. У Ильи к вечеру появилась щетина, кисточка в ней застряла, вызвав у меня улыбку. Абрис лица обвела, прошлась по лбу. Вырисовывала широкие тёмные брови. Веки с крохотными морщинками имели коричневый оттенок. Илья закрыл глаза, и я водила по ним кисточкой, распушила длинные густые ресницы.

От переносицы вниз по прямому носу, обрисовала крылья носа. Вернулась к глазам, под ними кожа темнее, словно тенями очерчены. Не болезненные, скорее делающие взгляд Ветрова невероятно выразительным и строгим.