Гостья из другого мира

Я знаю, что нахожусь здесь временно и скоро вернусь. Ведь ты заберёшь меня отсюда? Поэтому я стараюсь каждую минуту использовать с толком. Если ты слышишь меня, то знай — я радуюсь каждому мгновению, как мы с тобой когда-то решили делать. Вернее, я живу так, как мы решили жить. Я ничего не забыла. И ничего для меня не изменилось».

Катя помнила тот день, когда мировоззрение двух подруг перевернулось с ног на голову. Две маленькие девочки, неожиданно для самих себя, поняли, что на самом деле они — счастливые дети, а не наоборот, как считали до этого.

Шёл урок литературы, которую во всех классах, от первого до одиннадцатого, преподавала директор детского дома, Ольга Николаевна, невысокая, худенькая женщина с аккуратной причёской каре и строгим стальным взглядом. Директор очень любила и детей, и свой предмет, а на уроке рассказала об американской писательнице Элинор Поттер и её замечательных книгах о Поллианне.

Кате тогда было десять лет. Наташе — тоже.

Сложная судьба маленькой сиротки не оставила двух маленьких подруг равнодушными. С тех пор книга о Поллианне стала настольной книгой и руководством к действию самим находить в жизни радость.

Сотрудникам детского дома и самой Ольге Николаевне едва хватало времени и сил следить за тем, чтобы дети были накормлены, одеты и здоровы, а радовать их… у них это получалось довольно редко — на Новый год, например, или на чей-то день рождения.

«Жаль, что книга осталась в другом мире. Было бы здорово почитать её с Ники», — вздохнула Катя, вдруг сообразив, что любимую писательницу зовут так же, как миледи Червинг, её маму в этом мире, — Элинор.

Маленький лорд Червинг с ожиданием уставился на старшую сестру, а та недовольно покосилась на Артура, делающего вид, что читает учебник по боевой магии.

Вот, приперся на её голову!

Некоторое время назад старший брат поймал младшего на серьёзнейшем преступлении — тот пытался тайно пронести в комнату Кати молоко с хлебом.

Николас убеждал брата, что еду несёт для себя, чтобы перекусить перед сном, но Артур не поверил: когда это Ники любил еду бедняков? И когда он самостоятельно ходил за ней на кухню? Почему не вызвал лакея или горничную и не приказал им принести в комнату любимое сахарное печенье и чай из горных трав с мёдом?

Боевой маг быстро сообразил, кого Николас решил накормить, кого пожалел — Кэтрин, которую сегодня лишили ужина, и которая после того, как немного сошла с ума, могла полюбить и молоко с хлебом. Артур не очень удивился бы, если бы девушка вдруг стала грызть камни, уж очень странной та стала.

В то же время Артур был искренне поражён: раньше капризный и избалованный Ники ни о ком не заботился.