Грабители

Озадаченный Лутц стукнул по огромному телу прикладом винтовки: — Да у него не ребра, а сплошной череп! Бильярдный шар!

Пока Монро и Шапиро переводили дух, Тони все никак не успокаивался, поскольку большую часть битвы пропустил по уважительной причине.

— А с этим что? — спросил он, указывая на гиганта с иссеченным лицом.

— Это наш лейтенант постарался, — серьезно сказал Шапиро. — Вертелся на земле и стрелял из пистолета, как зенитная башня. Без его помощи они бы нас уделали.

— Ну ты тоже не на дереве сидел, — улыбнулся Монро. Ему было приятно, что Ральф похвалил его. — Между прочим, я не знал, что стрелял в разных, думал, что это один и тот же.

Вспомнив, что пора связаться с Вильямсом, Монро достал рацию, которая, к счастью, не пострадала, и попытался соединиться с полковником. Однако из этого ничего не вышло.

Как ни тряс Жак рацию, как ни давил на кнопку вызова — рация молчала.

— Может, это из-за гор? — предположил Шапиро.

— Сам не понимаю. С другой стороны, мы находимся почти на вершине и прием должен быть хороший.

Они постояли молча. Потом неожиданно заговорил Хосмар:

— Там в яме, — он указал на пещеру, — я нашел все, что осталось от ваших солдат… Я знаю, что вы прячете своих умерших в землю…

Видно было, что Хосмара интересовало, почему именно в землю, но у него хватило такта не задавать этот вопрос.

— А вы куда прячете покойников? — спросил Монро.

— Мы засыпаем их такой, и они превращаются в воду. А потом ее выливают под дерево. От этого оно лучше растет. Те, у кого дерево выше, могут похвастаться древностью своего рода…

— Понятно, — кивнул Жак. — Ну что, думаю, копать будем вот тут — как будто место хорошее и земля мягкая.

— Возьмите, — сказал Хосмар и услужливо протянул широкий тесак, который вполне годился вместо лопаты.

Вильямс тщетно пытался выйти на связь с лейтенантом Монро. Не помогали никакие ухищрения Даже мощный радиосканер на «скауте» Саломеи не мог уловить в эфире ни малейшего сигнала.

«Ну вот, теперь потеряли Монро», — обреченно подумал Вильямс. Его отряд таял с каждым днем, и тот час, когда не останется совсем никого, был уже совсем близко.

Однако полковник старался поменьше рассуждать. Он был военным, и в его задачу входило наносить противнику урон, тем более что все остальные задачи были малопонятны и расплывчаты.

Идти, но куда? Оставаться в Урюпине, но как долго?

Дольтшпиры, а точнее, те, кто насылал их стаи на отряд Вильямса, были настроены весьма решительно. И хотя существовала вероятность, что после ночного боя решительности у врага поубавится, дальнейшая судьба маленького отряда целиком зависела от возможностей противника.

К примеру, если он располагал тысячами дольтшпиров, потеря одной сотни его не обескуражит.