Грабители

После стирки вещь оказалась вполне еще приличной, однако этим штанам и не мечталось, чтобы кто-то, находясь в них, мог так запросто попросить пятнадцать миллионов.

Михель едва не зажмурился. Он ожидал, что Филсберг и Поуп начнут кричать или, чего доброго, кинутся в драку, однако те только обменялись взглядами.

— Скинем пять — и по рукам, — предложил Поуп.

Михелю стало жарко. Ему хотелось заорать: «Да! Да! Я согласен!», но, поскольку инициатива принадлежала Фредди, Царик не проронил ни слова.

— Честно говоря, мне не хотелось бы даже торговаться, — угрюмо уставившись в подбородок Поупа, заявил Фредди. — Я и так скинул очень много. Думаю, вам лучше согласиться.

«Что он говорит?! Придурок! Идиот!» — В мыслях Царика будто бушевал осенний шторм.

— Окей, эта цена нам подходит, — тихо произнес надменный Поуп, а Филсберг, тот вообще будто отсутствовал.

— Рад это слышать, — сказал Фредди и позволил себе скупую улыбку суперагента. — Остается согласовать — где и как. Я предлагаю следующее: встретились, проконтролировали товар и деньги и разошлись.

— Все правильно, — кивнул Поуп и, не удержавшись, закурил. — Что предпочитаете — смарткарту, магнитный чип или мгновенный перевод?

— Наличные?! — Поуп едва не подавился окурком. — Да вы с ума сошли! Как можно насобирать пятнадцать миллионов наличных, чтобы не попасться на глаза спецслужбам?

— А это не моя проблема, мистер Поуп, — спокойно сказал Фредди. — Вы спросили, как мы хотим получить наши деньги, я сказал вам — как. Теперь вы должны сами призадуматься, чтобы выполнить эти условия. Я понимаю, что вам нужно время, и даю неделю — постарайтесь уложиться. Честное слово, мне не хотелось бы продавать трек кому-то другому. Вы успели мне понравиться: и вы, и мистер Филсберг. Тем более что у вас такие забавные шапки.

Ночь прошла спокойно, и Хосмар, добровольно продежуривший всю ночь, спал за рулевым веслом, непостижимым образом реагируя на ленивые повороты реки.

— Эй, приятель, вставай, смена пришла! — толкнул его Шапиро.

Хосмар разлепил тяжелые веки и, посмотрев на возвышавшиеся по обоим берегам реки горы, сказал:

— Ухха Роберта — Горы Совести

— Почему именно Совести?

— Говорят, что плохой человек не может пройти через них.

— Не знаю, — помотал головой Хосмар и, поднявшись, с хрустом распрямил тело. — Охо-хо! Я видел хороший сон.

— Хороший? — переспросил появившийся из шалаша Тони Лутц. — Наверное, тебе снились бабы. Ваши — серебристые

— Нет, — не согласился с ним лейтенант Монро, который занимался разведением огня в очаге. — Для нас хороший сон — это возвращение домой… Давай, Тони, приступай, что-то у меня не загорается. — Монро поднялся с колен и спросил, обращаясь к Хосмару: — Так что это был за сон?

— Да.