Я не сойду с ума

От правды будет только хуже.

Она сжала кулаки, глаза превратились в узкие щелки.

- Скажи, что случилось с Элисон?

Я взял ее за руки. Она вырвалась и ушла на другой конец стола.

- Скажи. Мне. Сейчас.

Я силился контролировать голос.

- Джейни подслушала, как Элисон говорила Пайпер, что не может больше держать детей у себя. Она разозлилась, и когда Элисон повесила трубку, принялась драться. - Я остановился, говорить было тяжело. - Похоже, у них была перепалка наверху лестницы, а потом Элисон упала.

Ханна издала вопль. Она подняла стул и швырнула его об стену.

- Лучше бы я ее убила! Лучше бы я ее убила!

Санитарка ворвалась в комнату и нажала кнопку на стене. Она попыталась схватить Ханну, но та оттолкнула ее. Медсестра отлетела, ударившись об стену.

- Она монстр! Лучше бы я ее убила! - Маниакальный блеск в широко распахнутых глазах. Слюна во все стороны. Она кричала. Все тело сотрясала дрожь.

В комнату вбежали два крупных мужчины. Она расцарапывала себе шею, словно хотела содрать кожу. Они схватили ее за руки, чтобы предотвратить дальнейшие увечья. Она вырывалась с невероятной силой. Горе и злость превратили ее в зверя. Вдвоем они с трудом смогли повалить ее на пол, скрутив руки за спину. Тогда она издала животные крики, каких я никогда не слышал. Они эхом отражались от стен, пока ее уносили.

Допрос Пайпер Гольдштейн

- Вы присутствовали при стычке после похорон? - спросил Рон.

Я кивнула. Я пошла проститься с Элисон; хотя и ненавидела находиться в доме, где кто-то недавно умер. Так было с тех самых пор: как не стало моего дяди, мне было девять. Я не любила дом, по которому бесцельно бродили люди, словно было куда идти, как все боялись говорить громко, и казалось, что там полно насекомых. Дом Элисон был таким же.

- Социальные работники часто ходят на похороны родственников своих подопечных?

Конечно, нет. Он знал это не хуже моего, но Бауэры стали мне семьей. Я проигнорировала его вопрос, сосредоточив внимание на Роне.

- Как вел себя Грег перед стычкой? - спросил Рон.

- Совершенно расклеился, - сказала я.

Никогда не видела, чтобы мужчина так плакал. Было что-то особенно опустошающее в фигуре рыдающего мужчины. Он сидел за обеденным столом, спрятав лицо в руках, плечи тряслись. Всхлипы шли из глубины. Семья собралась вокруг.

- А Бауэры? Как они?

- Немногим лучше. Ханну на день отпустили из больницы, но я не уверена, что это было правильно. Она едва держалась на ногах от горя.

Кристофер усадил ее в гостиной, и я подошла прямиком к ним. Я редко видела их без детей. Накануне я помогла устроить Джейни в «Новые горизонты», лечебное учреждение, где доктор Чэндлер выбила ей место.