Лакей и я

Отказываться признавать очевидное все равно что тешить себя несбыточными надеждами.

— В определенных обстоятельствах мы все время от времени предаемся несбыточным мечтам, но это не повод для бегства.

Лукас приподнялся на локтях и устремил на друга горящий взгляд.

— Ты меня не слышишь? Она меня ненавидит — так и сказала, а еще — что не желает меня больше видеть, никогда.

Белл меланхолично одернул рукав.

— Тогда напиши ей.

— Она выходит замуж за сэра Реджинальда, а я тупой надменный осел.

Белл почесал себя за ухом.

— Согласен, все это звучит не слишком приятно, но если есть воля, найдется и дорога.

— Может, хватит, а? — почти жалобно попросил Лукас. — Я пытался: прислуживал за ужином, стоял на буфете, будь оно все проклято.

— Об этом я уже слышал. У тебя явная склонность к театральным эффектам. Кстати, позволь поблагодарить за то, что серьезно осложнил жизнь нам с Уортом. Не сомневаюсь, что теперь все гости в доме станут завсегдатаями помещений для слуг: а вдруг отыщется маркиз, граф или герцог.

— Все будет хорошо, — сказал Лукас.

— Откуда тебе это известно?

— Во-первых, ни одному нормальному человеку в голову не придет, что в обществе может найтись еще один такой болван.

С другой стороны, даже если я ошибаюсь, ты основную часть времени проводишь в комнатах лорда Копперпота, а Уорт — на конюшне.

Белл пожал плечами.

— Возможно, ты и прав.

— Удачи тебе, друг. А между собой, кто лучше, разберетесь.

Белл оперся локтем о подлокотник кресла и положил голову на ладони.

— Никогда не думал, что настанет день, когда я скажу, что ты струсил, Кендалл."

"— Все кончено, ведь чертовы гости теперь знают, кто был в обличье лакея.

— Но зачем отказываться от пари? Просто перестань страдать по мисс Уортон.

Лукас схватил подушку и швырнул в друга.

— Проклятье, Белл, убирайся отсюда и оставь меня в покое!

Подушка до кресла не долетела. Белл и глазом не моргнул.

— Недолет.

— Я все равно считаю, что…

Теперь голос Лукаса дрожал от злости.

— Я перепробовал все, что мог. Может, тебе с ней поговорить? Меня она слушать не желает. — Он схватил другую подушку и сунул себе под голову. — Спокойной ночи.

Глава 33

Когда на следующее утро дверь библиотеки со знакомым скрипом открылась, Фрэнсис захотелось, чтобы это был Лукас.

Ей не следовало приходить сюда. Это место теперь связано для нее лишь с плохими воспоминаниями. Только создавалось впечатление, что ее ноги не подчиняются разуму, вот и привели прямо в библиотеку. Она подвинула стул к окну, села и уставилась невидящим взглядом в сад. В комнате было прохладно, и она плотнее закуталась в розовую шаль. По небу величаво плыли черные облака. Надвигалась гроза.

С отчаянно бьющимся сердцем она обернулась на скрип двери, но это был не Лукас.