Лакей и я

— Не уверен, что вы знаете меня настолько хорошо, миледи, чтобы делать какие-то выводы, — ответствовал Лукас, ухмыльнувшись.

Наступила тишина. Слуги онемели и затаили дыхание: только что лакей сказал нечто совершенно неприемлемое госпоже, гостье хозяев. Мисс Уортон между тем улыбнулась, потом засмеялась и легко возразила:

— Как бы то ни было, мистер Лукас, я приношу свои извинения и надеюсь, что из-за меня у вас не будет никаких неприятностей с лордом Клейтоном.

— Все в порядке, не беспокойтесь, — повторил мистер Гумбольт.

Мисс Уортон удовлетворенно кивнула.

— Тогда мне лучше вернуться наверх.

Поверьте, я очень сожалею.

Она подхватила юбки и побежала вверх по лестнице для слуг почти так же быстро, как скатилась с нее. Лукас долго смотрел ей вслед, в задумчивости потирая подбородок. Это интересно.

— Что это было? — спросила миссис Клакстон, уперев руки в бока. — Не знаю, как вы, а я впервые вижу, чтобы леди спустилась сюда и извинилась перед слугами.

Глава 7"

"На следующее утро Фрэнсис медленно открыла тяжелую деревянную дверь, которая вела в библиотеку лорда Клейтона. За ужином, до того как появился сэр Реджинальд и заговорил ее до того, что пришлось включить стервозность, лорд Клейтон упомянул, что у него довольно много книг по истории права, и Фрэнсис захотелось выяснить, какие законы о бедных принимались, поднимался ли когда-нибудь вопрос о занятости, и если да, но был отклонен, то какие аргументы убедили палату лордов голосовать против.

Пусть она не могла обсуждать подобные вопросы с гостями на этом приеме, но ведь запретить ей собирать информацию, чтобы использовать против ничего не подозревающего лорда, если таковой попадется на пути до голосования, никто не запретит.

То, что голосование отложено, было ей только на руку, так как давало возможность склонить как можно больше членов парламента на свою сторону. Этим она и займется, когда этот проклятый прием подойдет к концу.

— Слава богу, — пробормотала Фрэнсис, осторожно заглянув в библиотеку и убедившись, что она пуста. Проскользнув внутрь, девушка поспешила закрыть за собой дверь, чтобы никто из гостей ее не увидел и не потревожил. А главное, чтобы не явился сэр Реджинальд. Конечно, маловероятно, что он захочет что-нибудь почитать: скорее займется сочинением очередного послания принцу-регенту, — но чем черт не шутит…

Фрэнсис остановилась посреди огромной комнаты, заполненной книгами.

Они стояли на прочных дубовых полках, занимавших все пространство стен от пола до потолка. В камине горел огонь, и темно-зеленые бархатные шторы были раздвинуты, впуская в помещение утренний солнечный свет. Запах был до боли знакомым, и девушка сделала глубокий вдох. Какое чудесное место! Чувства так захлестнули ее, что она закружилась по комнате.