Лакей и я

 — Сэр Реджинальд очень медленно и осторожно подошел к диванчику, на котором сидел в прошлый раз опустился на него и, поморщившись, щелкнул пальцами, подзывая лакея, стоявшего у двери: — Эй, ты там!

Лукас в полнейшем недоумении уставился на рыцаря.

Лакей — это был Джеймс — сделал шаг вперед, щелкнул каблуками и поклонился.

— Да, милорд, к вашим услугам.

— Подай мне ее! — Сэр Реджинальд указал на подушку, лежавшую на диванчике в нескольких дюймах от него, которую вполне мог взять сам, нисколько не напрягаясь. — Подложи мне под спину.

— Конечно, милорд.

Джеймс выполнил все указания, и рыцарь, морщась, наконец с облегчением выдохнул.

Лукас во все глаза смотрел на Джеймса, испытывал такой стыд за свою принадлежность к обществу, какого не было еще никогда. Получается, что лакей относится к сэру Реджинальду куда уважительнее, чем тот заслужил.

— Да, вот так. — Рыцарь с облегчением вздохнул и откинулся на подушку.

— А теперь убирайся, — заявил сэр Реджинальд. — Так о чем вы, лорд Кендалл?

— Вы определились насчет закона о занятости? — решил перейти сразу к делу Лукас.

Сэр Реджинальд хихикнул, но тут же закашлялся, и приступ длился так долго, что Лукас едва сдержался, чтобы не постучать ему по спине. Наконец все же сэр Реджинальд успокоилсяи, утерев рот кружевным платочком, проскрежетал:

— Кендалл, лучше скажите, что решили вы. По-моему, во время нашей прошлой встречи я вполне ясно изложил свою позицию.

— Я думал, что, возможно, мы все же сможем поговорить о самом законе. — Лукас так сильно сжал стакан, что стало больно пальцам, с удовольствием представляя при этом, что сжимает горло сэра Реджинальда.

— Хорошо, Кендалл, мы сыграем в вашу маленькую игру. — Рыцарь вздохнул. — Только, откровенно говоря, было бы проще сказать, почему я за него.

— Правда? — удивился Лукас. — Это интересно. Продолжайте.

— Ну, с одной стороны, этот закон укажет простонародью его место, и это плюс.

Лукас, ощущая крайнюю неловкость, не удержался и покосился на Джеймса. Даже если сэр Реджинальд действительно так считал, неужели было обязательно говорить об этом в присутствии слуги? Ведь он вполне мог попросить лакея выйти или сформулировать свою мысль тактичнее.

— Но с другой стороны, — продолжил сэр Реджинальд, — он несколько затормозит прогресс, которого мы достигли с торговым законодательством. Не могу сказать, что мне это нравится.

Лукас нахмурился.