Империя Русь

Сурово карать. Не все из них добровольно понесли. Насилие в этом деле – не редкость. С другой стороны – не каждая сможет такого ребенка выходить. Вот я и хочу, чтобы на базе монастырей Церковь развернула приюты для детей.

– А кто будет это все оплачивать? Это дорогое дело, хоть и очень благостное.

– Не такое уж и дорогое. Я оплачу. Для начала организуй один детский дом, в котором с детьми станут заниматься должным образом. Приютить, накормить, вылечить, тренировать, обучить тому же чтению, письму и счету. Возьмешься?

– Возьмусь, – после небольшой паузы произнес митрополит, пристально смотря в глаза Императора и просчитывая выгоды Церкви от такого дела.

– Назови его домом детей Императора, – голосом, полным лукавства, отметила супруга.

– А сирот усыновляй без права наследования. Содержи, учи, одевай, корми. А потом твой наследник поступит так же. Приемные дети Императора, спасенные им от тяжелой сиротской участи, обогретые, накормленные, пригретые… разве они не станут преданной опорой тебе?

– Ну… – замялся Дмитрий. – Хорошая идея. Отче, а ты как думаешь?

– Я тоже одобряю, – недовольно поджав губы, кивнул митрополит. – Усыновление сирот – дело богоугодное. – Его недовольство легко было понять. Ведь такой разворот вопроса совершенно выбивал почву из-под ног Церкви в попытках укрепиться за счет этих детей, которые, безусловно, станут наиболее многочисленной образованной прослойкой Империи в будущем.

– Тогда так и поступим. Пусть директором первого дома детей Императора станет игумен Сергий из Троицкой церкви. Тот небольшой монастырь, что он начал было создавать, совершенно захирел из-за моих законов. А человек он хороший, деятельный. Вот я и хочу наградить его этим назначением. Ладно. Время… время… Оно утекает, а мы засиделись. Василий – через неделю жду тебя с докладом по земским легионам – как их разворачивать будешь. Тебе даю месяц, – кивнул он на митрополита, – чтобы подготовить смету, штатное расписание и прочее по задуманному. А ты, Святослав, думай, как лучше всей Европе объяснить правила игры. Ну и, само собой, как-то исподволь нужно донести, что эти правила теперь задаются в Москве. А кто не согласен, будет жить ярко, но недолго.

Кафа являлась главным центром работорговли в регионе. Вплоть до завоевания ее в XVIII веке русскими войсками туда свозились рабы из Восточной Европы, с Кавказа и Уральских земель. Город боли и страдания всей Руси и ее соседей. Конечно, объем торговли в последние годы сильно просел. Ведь Дмитрий, во-первых, заключил мир и союз с новообразованным Половецким султанатом, а во-вторых, сам активно скупал рабов для поселения их на своей территории. Но Кафа все еще обеспечивала значительную прибыль для метрополии.