Институт благородных дэвров, или Гувернантка для варвара

При виде запечённого поросёнка дэвр довольно рыкнул, с лёгкостью разорвал тушку пополам и протянул королю половину. Уважил хозяина вроде как. И сам с наслаждением вонзил крепкие белые зубы в мясо. Вышколенная прислуга пучила глаза, но боялась пошевелиться, выстроившись вдоль стен. Его величество, незаметно вздохнув и засучив парчовые рукава мантии, осторожно откусил от зажаренного в меду бока.

Через пятнадцать минут к завтраку присоединилась её величество, вплывшая в залу в сопровождении стайки фрейлин. И вот тут дикарь удивил всех. Подскочил из-за стола, наспех вытер рот скатертью и опустился перед королевой Ранией на одно колено, с величайшей осторожностью поцеловав ей руку.

Выдержке королевы можно было только позавидовать. Впрочем, кто бы ещё мог похвастаться таким умением владеть собой в любой ситуации, как не она – эталон благовоспитанности? Эта добродетель истинной аристократии в ней была возведена в высшую степень.

Пока фрейлины стыдливо отводили глаза от полуобнажённого дикаря, королева Рания благосклонно улыбнулась гостю и даже позволила дэвру усадить себя в кресло. Ни для кого не было секретом, что мягкость и деликатность её величества не раз сглаживала углы на самых тяжёлых переговорах. Вот и сейчас король Кервен с надеждой и благодарностью взглянул на супругу.

Его величество облегчённо выдохнул. Рания к любому могла найти подход, а ещё она живо интересовалась чужими культурами, иначе откуда бы взяла эти незнакомые слова, явно польстившие дикарю? Или с чего вдруг начала обращаться к высокому гостю на «ты»? Боги, до чего же ему повезло с королевой…

– Во! – дикарь отвлёкся от пирога с зайчатиной и оживился. – Это ты, прекрасная Рания, золото души моего нового друга Кервена, в самую масть сказала! Нам бы баб.

Молоденькая служанка, что несла очередное блюдо варвару, умявшему всё съестное на своём конце стола, тихо пискнула, и серебряный поднос с грохотом заплясал на мраморном полу.

– Вот эти красавицы вполне сойдут, – кивнул Чёрный Вепрь на застывших в ужасе фрейлин королевы, вновь поднимаясь с кресла. – А ты, малявочка, чего такую тяжесть таскать удумала? Да не трясись ты, не разбила ж ничего… О, курочка! До пяти сосчитать успела? Нет? Значит, и не падало…

Зажаренную до золотистой корочки курицу дикарь поднял с пола, шмякнул обратно на поднос и водрузил на стол перед своим местом. В обеденной зале застыла мёртвая тишина, изредка разбавляемая звуком разгрызаемых куриных костей.

Её величество отмерла первая, перехватила взгляд короля, и они безмолвно условились, что разговор продолжит королева.

– Уважаемый Чёрный Вепрь, – её нежный голос даже не дрогнул. – Позволь также поблагодарить тебя за роскошный подарок его величеству.