Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

— Ну вот с чего ты это взяла? — спросила Саша мягким, успокаивающим тоном, какой от нее обычно не услышишь. — Как он может тебя ненавидеть?

— Я чувствую… — всхлипнула Майя в ответ. — У меня всегда так! Меня все ненавидят… Ты же тоже только рада будешь, если меня здесь не будет!

За дверью с громким щелчком выключился чайник.

— Может, поначалу, — все тем же тоном произнесла Саша, — я так и думала. Но сейчас меня все устраивает.

Следом раздался смачный всхлип.

— Что, — выдохнула Майя, пытаясь вернуть контроль над немного осипшим голосом, — и эти две тебя тоже устроили?

— Ну, — судя по звукам, в чашку полилась вода, — я думала, с ними все гораздо хуже. Держи!..

Что-то глухо шоркнуло — видимо, чашка поехала по столешнице, переходя из одних рук в другие.

— Не понимаю, — тихо и уже гораздо спокойнее заговорила Майя, — как ты можешь не ревновать?

— Ревновать — значит что-то терять. А я не думаю, что что-то теряю. Вот, например, он привел тебя. Так в итоге в этом больше плюсов, чем потерь…

Судя по звукам, Майя хмыкнула в чашку.

— Считай, что у нас клуб, — озорно продолжила Саша, — из всех, кто хочет с ним потрахаться! А я его председатель…

Вода вновь полилась, вероятно, наполняя еще одну чашку.

— Так что не вижу смысла ревновать. Я и так знаю, — уже серьезнее произнесла Саша, — что я для него особенная, с кем бы он ни трахался.

— Ну ты-то конечно… — пробурчала Майя.

— И ты тоже особенная, — Сашин голос стал елейно вкрадчивым, — иначе бы я не звала тебя на тройничок…

В тишине скрипнул стул.

— Отодвинься! — проворчала Майя.

— Ну вот опять! — наигранно обиженно воскликнула Саша. — А ведь вроде только поладили…

Следом за дверью раздался смех — еще не веселый, но уже и не горький. Какой бывает после ссоры, обиды и слез, когда словно вспоминаешь, что есть эмоции получше — и вместе со смехом уходят остатки горечи.

— И что, — помедлив, Майя заговорила вновь, — даже ко мне не ревнуешь? Мы же его вроде как… делим…

В воздух взвился Сашин смешок, одновременно дразнящий и будоражащий — один из тех, который и делал ее девушкой номер один в рейтинге, на который мне сегодня намекали и который я бы не хотел не только озвучивать, но и вообще признавать, что он существует.

— Я не считаю, что мы его делим, — заявила Саша. — Я думаю, что мы им пользуемся! — торжественно изрекла она. — По очереди… — стул снова скрипнул. — А могли бы и одновременно…

— Иди к черту! — прыснула Майя. — Здесь тебе не свингер-клуб!

Некоторое время они смеялись вместе, будто наконец найдя то, что можно делать вместе. Затем, не давая повиснуть тишине, ножки стула лязгнули по полу.

— Ладно, — сказала Саша, — пойдем. Поздно уже.

— Нет, — упрямо отрезала Майя, — я сегодня буду одна!

— Да ну брось! Если будешь одна, никому же лучше не будет.