\

Переваривая произошедшее и отсутствие его реакции на собственный косяк, я наблюдала, как он прошел внутрь мимо меня.

Оттолкнув меня от двери, он запер ее, убирая ключ в карман.

Это совсем не мой Макс …

У меня о*уительные проблемы!

– А сейчас мы будем разговаривать! – злобно усмехнулся он, стряхивая дрожь перевозбуждения с напряженных мышц.

Я присмотрелась - глаза сумасшедшие, блестят, зрачок расширен, радужку почти не видно…

Меня повело от его взгляда.

Измененное состояние сознания!

Страх, боль, алкоголь, наркотики, секс…

Наркота! – уловила я знакомые ноты в его состоянии.

Толкнув плечом в плечо, Макс, прошел в гостиную. И я как робот следом.

– Сядь, – толкнул он меня на стул, я приземлилась, больно словив локтем край стола.

Интуитивно я чувствовала – надо молчать. Схватившись за локоть, я закусила губу. Любые эмоции раскачают его еще сильнее.

Рывком развернув стул, он сел напротив, скинув на кресло куртку. Его мышцы подергивались. Я вспомнила эти ощущения от тела, когда тебя переполняет драйвом и хочется двигаться – танцевать, драться, заниматься сексом…

Да… ему хочется явно не танцевать!

– Давай-ка посвяти меня в тайны мадридского двора! – потребовал он, покручивая в руках зажигалку. – Что ты делала прошлой ночью?

– Ты под кайфом.

– Да. И что? – нагло кивнул он. – А тебе лучше быть покладистой со мной, а то я за себя не отвечаю. Что было ночью?

Я упрямо сжала губы, не желая отвечать.

Это его взбесило!

– Я сказал, б**ть, открыла рот и начала повествование! Какого хе*а ты делала этой ночью?!

Разъяряясь он в эмоциях смел все со стола. Кружка с чаем перевернулась, обжигая кипятком мои колени. Я вскрикнула от боли и невыносимых ощущений, подскакивая с места! На глаза навернулись слезы кожу начало нестерпимо жечь. Но его стеклянные глаза ничего не заметили. Подорвавшись, он снова толкнул меня на стул.

– Ты была с Зориным?.. – тихие вкрадчивые маниакальные интонации.

Пи**ец… лучше бы орал!

Ну откуда?... Да и какого вообще?!

– Я не буду отчитываться тебе. Между нами нет обязательств, – спокойно отрезала я.

– А я так не считаю! Ты спала с ним?!

– Это тебя не касается.

Я – самоубийца? Сложно было соврать? Да.

– Ну-ка просвети-ка меня, почему этот мудак назвал меня «Сабом»?

– У него и спроси!

Ну вот какого хрена я нарываюсь?!

Значит все это подарок от Зорина.

Ладно, дурак ревнивый, я тебя прощаю.

– А ты у нас дерзкая сучка, да? – подскочил он со стула, встав в плотную.

Его ремень на уровне моего рта. Но этот ремень меня не возбуждал.

Запустив руку в мои волосы на затылке, он, сжав, потянул меня вверх.

Больно. Я подчинилась.

– Не заставляй меня идти на крайности… - зашипел он не в лицо. - У нас еще вся ночь впереди! Для крайностей.

Б**ть… как это не хотелось бы признавать, но мне нужна помощь.