Избранные Луной (СИ)

Признайся нам всем. Разве не ты убил настоящих родителей нашей милой и славной Дженнифер?

— Папа… — мольба сама вырывается из горла.

Мне хочется сказать отцу, что ему не следует отвечать на этот дурацкий вопрос. И что я уверена в нем. Понимаю, что дядя Эрнандо делает все это специально, преследуя какие-то свои грязные цели. Но мое сердце тоскливо замирает, когда папа вдруг говорит:

— Да, это сделал я. Но я готов объяснить…

«Да, это сделал я» — мучительным эхом бьется в голове голос того, кого я долгие годы называла «папой» и болью отдается в груди. Мне становится душно, страшно, невыносимо.

Холодные мурашки сбегают по спине. Комната вокруг начинает кружиться, а стены давить и угрожающе сжиматься. В ушах снова явственно звучат те пугающие крики. Боясь, что воздуха становится все меньше, я делаю маленький шаг к альфе, тяну к нему руку, пока второй опираюсь на стол, в надежде сохранить шаткое равновесие, и выталкиваю из себя глухое:

В следующую секунду мир вдруг превращается в одно светлое пространство, или же в чудовищную темную кляксу — не знаю, глаза закрываются, ноги подкашиваются и тело проваливается куда-то вниз.

Прихожу в себя уже лежа в кровати. Сознание пребывает в спокойствии, словно я крепко и сладко спала, а все случившееся лишь нелепый кошмар, который можно оставить далеко позади. Или лучше и вовсе забыть и никогда о нем не вспоминать. Никогда-никогда-никогда.

Небольшая тревога вспыхивает в груди, когда я пугаюсь мысли, что очнулась в той самой комнате в доме дяди Эрнандо. Но осмотревшись, понимаю, что это не она, это…

— Привет. — звучит рядом знакомый голос. Патриция подходит к кровати и с беспокойной улыбкой смотрит на меня.

 — Оуэн вышел пару минут назад. Он не отходил от тебя ни на шаг.

— Где мы? — с опаской уточняю у волчицы.

— Не беспокойся, Дженни. Мы в гостинице, и уже пара часов, как вернулись в город. Эрнандо сюда точно не сунется. Он попытался было заявить на тебя какие-то свои права. Но наш альфа умеет быть очень убедительным, когда из его рук пытаются отнять его истинную. Что-то мне подсказывает, что демонстрация силы не прошла даром и злобный дядя убедился, что несмотря на долголетние эксперименты все равно не способен превзойти своего племянника.

Даже наши ребята опешили. Оуэн никогда раньше не выпускал столько стилы. И бедняге Мэйсону тоже досталось, хотя он всего лишь хотел помочь своему брату, предлагая уже на обратном пути забрать тебя из его рук. Зато теперь мы все знаем, что трогать тебя, пока ты в руках альфы, точно не стоит.

Она сидится на краешек кровати и улыбается, в глазах пляшут смешинки.

— Тебе не стоит бояться. Ты сейчас с теми людьми, которые тебе желают только добра.