Изгой Проклятого Клана. Том 5 (СИ)

— Ни одного! По крайней мере против их воли! Каждый из моих помощников в нелёгком деле постижения смерти, был добровольцем. Взамен на их участие я всегда помогал их близким и родным. В том числе, используя открывшиеся мне знания, для их исцеления. Разве это плохо?

— Возникает много вопросов, Игорь. Вот только ни на один из них я не получу однозначно честного ответа. Ты можешь лгать. Во всём.

— Разумеется, могу. Вот только для чего, уважаемый? Я — скелет. Единственное что мне осталось — это влачить своё существование в вечности, наблюдая за тем, как меняется мир, о котором я узнаю только из рассказов приходящих сюда людей. Ну, может, иногда подметаю эти залы, — он усмехнулся. — Пока не иссякнет источник энергии в моей груди, — он постучал себя по рёбрам. Из-за фартука вспыхнул зелёный свет.

— Месть — самое банальное, чего ты можешь хотеть. Ты не похож на лишённую чувств немёртвую куклу. Так что я вполне допускаю, что ты в глубине души хотел бы отомстить Северским. Как роду, который уничтожил твой клан.

— О, поверь, первые лет сто я думал только об этом! Но потом… как-то… улеглось. Даже более того, я нашёл в своей судьбе рациональное зерно! — он воздел костяной палец вверх. — Видишь ли, только будучи нежитью понимаешь, насколько это отличается от существования живого организма. Полагаю, именно с этой целью Радислав и использовал на мне мой же артефакт вечного слуги. Который, к слову, я готовил для него.

Он задумался и усмехнулся, приговаривая:

— Пожалуй, эта шутка у него вышла не так уж плохо. Чаю хочешь? Тут осталось немного. Специально для таких случаев — бесед с членами рода Северских. Листья сохранились отлично. Я за этим проследил и даже убедил одного из пра-правнуков Радислава выделить мне баночку с зачарованием на хранение листьев. Здесь имеется даже артефакт стихии воды. Самое то для заварки.

— Воздержусь. Тут и так немалая температура.

— Понимаю! Твои предки предпочитали пить уже остывший. Однако должен заметить, что в ряде жарких регионов Империи, каковой она была ещё во времена моей жизни, люди хитрым образом пили горячий чай в пик зноя. Как раз для того, чтобы легче переносить жару. Представляешь? Об этом мне рассказал один мой друг — путешественник. Он тогда охотился со своими братьями на выпущенного в среднеазиатских степях арахнида. Славное было время! Точно не хочешь чаю?

— Ну и хрен с ним. Теперь, может, расскажешь мне, что произошло в мире? А то, признаться, я перестал считать годы уже после двухсот лет, проведённых здесь в полной изоляции, от, сука, всего мира! — он клацнул челюстями. — Будь я органической формой жизни, уже посчитал тебя галлюцинацией. Вот только мой ум ясен, как никогда. К сожалению, — он хихикнул. — В отличие от меня, безумцы не скучают.