Развод и девичья фамилия

– Да ладно, мам.

– Не «да ладно», а нужно следить за своим барахлом!

– Я слежу!

– Я вижу, как ты следишь! Валентина постирала твои брюки, а ты знать не знаешь!

– Ясный перец, что не знаю, ведь не я стирал!

– И очень плохо!

– Брейк, – объявил Сергей, – счет по очкам равный. Окончание матча переносится на вечер.

– Мне надоела твоя убогая терминология, – отчеканила Кира и ушла.

Тим и Сергей переглянулись.

– Она чего? Злится, да, пап?

– Она расстроена из-за того, что убили Костика, а мы до сих пор не знаем, кто это сделал.

– Ах да, – вспомнил Тим, – ты говорил, что его Валентина замочила!

Страшный, ужасающий, неправдоподобный грохот грянул из кухни, что ясно свидетельствовало о том, что Валентина все слышала.

– Черт бы вас всех побрал! – завопила откуда-то Кира.

На работу ее повез Сергей.

Замок, вставленный в рулевое колесо ее «Фиата», отсырел и не проворачивался.

– Надо было масла капнуть! – заорал Сергей после нескольких потряхиваний, подергиваний и двух ударов кулаком. Ясный перец, что замок им не открыть.

– Ну и капнул бы! – тоже заорала Кира, позабыв, что они развелись и он не может и не должен капать ей в замок масло.

"– Я сейчас опоздаю, – поддал жару Тим из Сергеевой машины, и Кира, подхватив портфель, перебежала в джип.

– Ключи где?!

– Какие ключи?

– От твоей машины!

– Откуда я знаю! Они были у тебя!

– Не было! Ты ее открывала, а не я!

Кира поняла, что вот-вот во всех окнах дома появятся любопытные физиономии. Представление они устроили на славу, играли вдохновенно и с огоньком.

Ключи нашлись в кармане ее куртки, и она швырнула их в окно, Сергей поймал, и запер машину, и включил сигнализацию.

– Вечером капнем масла, – пообещал он, сдавая назад в тесном переулке. Кира зажмурилась.

Ее муж всегда ездил так, что хотелось натянуть на голову одеяло, чтобы не видеть приближающуюся собственную ужасную кончину, которая могла приключиться в любую секунду. Бампер «Тойоты» замер в сантиметре от чьего-то чужого бампера, и Сергей нажал на газ.

В это утро он превзошел самого себя. Тим не опоздал в школу, но, когда Сергей привез Киру на Маросейку, к дверям родной редакции, спина у нее была постыдно мокрой – от страха.

– Не смей так ездить, – сказала Кира, – да еще с ребенком!

– Мы опаздывали, – хмуро заметил он.

– Ну и что?!

– Ты ненавидишь опаздывать.

– Еще больше я ненавижу, когда ты так гоняешь. Это лихачество в Москве…

– Кира, – перебил он, – выясни у своего Лени Шмыгуна, какие именно документы он привозил тебе на дачу. Выяснишь?

– Зачем?

– Ты вообще-то подписываешь финансовые бумаги?

– Вообще-то да. Когда нет Костика или Батурина.

– Костика не было, правильно?

– Правильно.