Развод и девичья фамилия

У меня вот тут еще на всякий случай…

Он взял со стола Кирин диктофон и помахал перед носом у Лени.

– Все записано. Для страховки. Так что езжай, соберись с мыслями, чистую рубаху не забудь…

– Сергей! – крикнула Кира. – Он сбежит!

– Никуда он не сбежит. Ему бежать невыгодно, а уж выгоду он лучше всех понимает.

– Кира, – застонал коммерческий директор, – пожалей ты меня! Батурин меня… убьет. Пристрелит! Я не могу к нему. Не хочу!

Кира изумилась:

– Ты хочешь, чтобы я… чтобы ты…

– Он хочет, чтобы ты никому не рассказывала, – встрял Сергей, – милый Леня, это невозможно.

Или у тебя денег не осталось совсем?

– Де…нег? – заикаясь, переспросил директор. Лицо у него сморщилось и перекосилось, как у ребенка, который собирается плакать."

"Сергей взял его за плащ, поднял на ноги и повел в коридор. Леня оглядывался, порывался вернуться и звал Киру, но Сергей все тащил и тащил его.

Хлопнула дверь, на крыльце забухали шаги, соседская собака Грей бодро и радостно залаяла, как будто устав молчать. Кира прислушивалась, а потом встала и начала ходить по комнате. Кресло попадалось ей на дороге, и она старательно его обходила, но не догадалась переставить.

Опять шаги, знакомый скрип двери. Она скрипела столько лет, сколько Кира себя помнила. Вот интересно, почему она скрипит – и отец, и муж регулярно мазали петли, но они все равно скрипели.

– Ну что?

– Зря ты его отпустил! – Кира натянула на пальцы рукава свитера. – Он все-таки сбежит!

– Никуда он не сбежит. Он жулик, а не рецидивист! Что бы мы стали тут с ним до утра делать? Или в твою квартиру повезли бы?

– Или в твою, – предложила Кира.

– Он сейчас все обдумает, остынет и утром сам придет, это точно.

Это называется проиграть с наименьшими потерями. С такими ребятами, как твой Батурин, не шутят. Ему выгоднее признать поражение, чем ударяться в бега. Поймают – посадят. Это если менты поймают. А искать станут не только менты, ты ж понимаешь. Или ты согласилась бы на скандал, только чтобы все было… правильно? Чтоб мы его в милицию отволокли и все такое?

Кира помолчала.

Ее муж прав. Прав, черт побери все на свете! Опять прав. Он бывал прав в девяти случаях из десяти и невыносимо этим гордился.

– Спасибо тебе, Серый, – неловко сказала она и ткнула в него ладошкой, – ты молодец.

Как это ты про него догадался?

Сергей перехватил ее руку, перевернул и посмотрел.

– Помнишь, ты все искала линию жизни? И говорила, что она у меня подозрительно длинная. И еще какие-то три брака и семеро детей.

– Не семеро, – возразила Кира, – по-моему, там было всего двое.

– Где?

– На твоей ладони. – Она не смотрела на него. – Слушай, может, нам позвонить нашему единственному сыну и сказать, что мы еще… живы?

– Он спит.

– Может, он волнуется.