Когда закончится август (ЛП)

 — Мне больше нравится с тобой разговаривать.

— Мне тоже нравится с тобой разговаривать. Мы определенно хороши в этом.

Наши взгляды задержались. Черт, я хотел ее поцеловать. Ее кожа была такой мягкой и раскрасневшейся. Я пожалел, что не могу откусить кусочек и посмотреть, как она еще немного поменяет цвет. Мне казалось, что она видит меня насквозь. Мне было интересно, были ли мои чувства к ней очевидны.

Она посмотрела на диван и потерла руки о ткань. — Это был действительно хороший жест. Спасибо.

— Я заберу его с собой в Пенсильванию, так что тебе не придется беспокоиться о его перемещении, — я погладил пса по голове. Кажется, Толстоголовому действительно нравится диван.

Тедди отключился, как лампочка.

— Либо так, либо он спит, потому что мы ему до смерти надоели.

Когда подкрадывающиеся ко мне чувства показались мне слишком прозрачными, я встал и сказал: — Чуть не забыл, я купил немного хлеба.

Хочешь, я его подогрею?

— Звучит аппетитно. Да.

Я больше не мог пройти мимо булочной в супермаркете, не купив буханку чесночного хлеба.

— Бонни и Клайд всегда выглядят взбешенными, когда я готовлю еду.

Хизер выглядела озадаченной. — Бонни и Клайд?

— Морские свинки. Наконец я дал им имена.

— Да, но они злятся, когда видят, что я ем, особенно мясо.

— Они жестокие веганы, — она рассмеялась.

Мы ели хлеб в уютном молчании, пока Толстоголовый продолжал спать.

На мгновение мне захотелось спросить ее, почему она оставила свои трусики в моем чертовом белье пару недель назад. Но тогда мне придется признаться, что я с ними сделал и почему она никогда не получит их обратно.

На следующий день, когда Хизер была на работе, Элис впустила меня в дом, чтобы я кое-что починил. Последнее окно, которое нужно было заменить, было в комнате Хизер. Я не сказал ей, что приду сегодня, чтобы сделать эту работу, поэтому я надеялся, что она не рассердится, когда узнает, что я был в ее спальне.

Мне потребовалось около часа, чтобы установить окно. Закончив уборку, я направился к выходу, но споткнулась о ее прикроватный столик и уронил блокнот на пол. Когда я поднял его, то заметил свое имя, написанное среди кучи других слов.

Я уронил блокнот, услышав голос Элис, доносящийся из коридора.

Я тяжело дышал. — Да? — я быстро подошел к окну. Я должен был скрыть эрекцию, с которой щеголял благодаря маленькому порно-дневнику Хизер. Я даже не добрался до лучшей части, и уже был тверд как скала.

— Ты здесь закончил? — спросила она с порога.

Я притворился, что пытаюсь открыть и закрыть окно, но повернул к ней только голову. — Я как раз заканчиваю.

— Мне нужно поговорить с тобой о чем-то важном, когда ты закончишь.

— Конечно. Встретимся внизу?

Услышав ее шаги у подножия лестницы, я поднял блокнот и положил его обратно на стол.