Мы знаем, что ты помнишь

У обочины дороги появились почтовые ящики для писем, и Эйра, резко свернув, затормозила на гравии.

Было что-то необычное в этом месте, мгновенно возникшее ощущение чего-то близкого и хорошо знакомого. Дорога через лес, каких сотни, заросшая посередине травой. Две ухабистые колеи из плотно спрессованных глины и насыпанного здесь давным-давно гравия, вдавленных в землю шишек и прошлогодней листвы. Неприметный домик, едва видный с дороги, развалины старого коровника на опушке леса.

Крепкое ощущение того, что в детстве она каталась здесь на велосипеде с кем-то из подруг, скорее всего со Стиной.

Эйра уже много лет о ней не вспоминала, а теперь та словно снова была рядом с ней. Напряженная тишина царила вокруг, когда они, переваливаясь на ухабах, катили в гору навстречу дремучему лесу. Словно сама природа замерла, затаив дыхание, и что-то запретное ощущалось в этом месте.

– Кажется, я не разобрала имени, – сказала Эйра. – Как, говоришь, его зовут?

– Патрик Нюдален. – Август нырнул в свой мобильный и принялся искать. – Это, значит, тот, который позвонил в полицию, а покойного звали Свен Хагстрём.

Вон там, за первыми елями, они прятали велосипеды.

Лес приближался, высокий, могучий, никогда не подвергавшийся вырубке. Сердце заколотилось у самого горла, и внезапно охватившее ее напряжение стало почти невыносимым.

– А сын, – не дыша спросила она, – тот, что, хотел скрыться?

– Да, точно. Как же его зовут? У меня ведь здесь записано… а впрочем, нет.

Эйра со злостью ударила рукой по рулю. Раз, другой.

– Почему же никто не отреагировал? Неужели не осталось больше никого, кто бы хоть что-то помнил?

– Прости, я не совсем тебя понимаю. Как я должен был отреагировать?

– Да не ты.

Я же понимаю, ты не местный и не можешь ничего об этом знать. – Эйра снова отпустила сцепление, и машина бесконечно медленно покатила вперед. Еловый лес наползал, делаясь все ближе – сумеречная, первобытная темнота. Этот парень, что рядом с ней, он ведь еще под стол ходил, когда это случилось. После этого еще несколько лет все дела в Норрланде, требующие серьезного вмешательства полиции, разбирались в Региональном следственном управлении, РСУ, в городе Умео. Бесполезно ожидать, что события более чем двадцатилетней давности до сих пор будут у всех на слуху.

Особенно имя, которое ни разу не было предано огласке.

– Впрочем, может, это еще ничего и не значит, – пробормотала она.

– Что? Что ничего не значит?

Эйра посмотрела на лес. Каменные глыбы, покрытые мхом и поросшие черничником, они пробирались между ними, согнувшись в три погибели, она и Стина, по заросшим тропкам до самой хибары. Ползли под елками, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть на дом. Увидеть место, где жил такой, как он.

Годы защелкали в голове, чистая математика.