Мы знаем, что ты помнишь

– Если это произошло там, то внутри завались всяких ломов, кувалд и ржавого железа. Просто раздолье для того, кто хочет проломить кому-то череп. Следы ДНК мы здесь вряд ли найдем, но сама я, конечно, забросила бы орудие убийства как можно дальше в реку. От трупа избавиться уже сложнее. Кофе?

– С удовольствием.

Снаружи на раскладном столике стояли термос и кофейные чашки. Эйра с удовольствием ухватила также пару рогаликов с корицей. После дождя лес взорвался свежей зеленью, все бегало, ползало и порхало от избытка жизни.

Извинившись, Ширин отошла, чтобы переговорить с коллегой.

Эйра осталась стоять, пытаясь осознать тот факт, что, несмотря ни на что, они все равно вышли на убийство. Это была не Лина, но зато теперь кто-нибудь из окрестных жителей узнает, что случилось с его родственником. Если, конечно, члены семьи мужчины еще живы. Ей вспомнился один случай, когда в парке в районе Сёдермальм в Стокгольме один экскаваторщик случайно наткнулся на человеческие кости. Дело закрыли, когда выяснилось, что останки принадлежали кладбищу, на котором в восемнадцатом веке хоронили умерших от холеры.

– Я понимаю, что спрашивать еще рано, – обратилась Эйра к криминалисту, когда та вернулась обратно, – но ты можешь хотя бы примерно определить, когда его убили?"

"Ширин стянула перчатки и налила себе чашку кофе.

– Не раньше апреля 1960-го, но, скорее всего, после 1974 года.

Эйра рассмеялась.

– Ты серьезно?

– Идем.

Земля раскисла после вчерашнего дождя. Внизу на берегу стояла палатка, и вся территория вокруг нее была помечена колышками, часть из которых торчала из воды. Вокруг квадратами были натянуты веревки – каждая находка снабжалась координатами места, где ее нашли.

Рядом стояла камера на штативе – все тщательно документировалось.

Эйра поздоровалась с еще двумя криминалистами, которые работали под пологом палатки.

– Мы нашли это сегодня утром, – сказала Ширин.

Она остановилась возле пластикового контейнера, стоявшего почти у самого берега. Наклонившись, Эйра увидела плавающий в воде башмак.

– Мы наполнили контейнер свежей водой из реки, чтобы сохранить температуру, в которой изначально содержалась обувь, чтобы в ожидании ее отправки на анализ не началось разложение. Мы ведь хотим знать все, что эта милая вещица сможет поведать о себе.

Это был ботинок из черной кожи. Шнурки, крепкая подошва. Совсем новым он не выглядел, но и старым его тоже назвать было нельзя.

– Это что, «Доктор Мартинс»?

– Точно. Классическая 1460-я модель, начала продаваться в апреле 1960 года, судя по номеру модели.

– А вы уверены, что эта вещь принадлежит трупу?

– В любом случае никто не станет терять такие башмаки по ошибке. – Она повернула контейнер, так что ботинок внутри слегка колыхнулся. Эйра различила внутри что-то белое.