Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

А потому мы просто не можем ограничиваться той странной программой обучения, при которой линейный летчик-истребитель едва осваивал взлет и посадку. Это ведь глупо — доверять дорогую машину человеку, который не может ей управлять. Ну и дальше, за ниточку все вытягивается. Например, нет смысла хорошо учить пилота, полагая, что он станет «одноразовым» экипажем для дешевого аппарата.

— Да понял я, понял, — улыбнулся Поликарпов. — Но все равно, чудно и непривычно. Как будто проснулся, и все вокруг поменялось.

— Сон, не сон, а действительно поменялось много за последние годы, — улыбнулся маршал.

 — Кстати, возможно, я путаю, но, помнится, вы очень ругались на каплевидный фонарь… — лукаво подмигнул Тухачевский.

— Ругался. Верно, — кивнул Николай Николаевич. — Так ведь плексигласа хорошего не было. Одна муть, через которую ничего не видно. А тут, после того как стали поступать первые партии высокого качества, так и решились. В конце концов, он действительно нужен. Хотя я, если честно, очень сильно переживаю из-за его размеров. Как-то чудно это и непривычно.

— Москалев же заверил, что благодаря такой форме, фонарь серьезно улучшает аэродинамику по сравнению с маленьким выступом.

Да и в кабине пилота намного просторнее становится. Вы, кстати, уже решили проблему с вентиляцией кабины и надежным аварийным отстрелом фонаря?

— Пока работаем, — слегка стушевавшись, ответил Поликарпов. — Слишком много новшеств. С одним только передним шасси сколько возились. Сложная машина получается.

— Так никто и не говорил, что будет просто, — улыбнулся маршал. — Кстати, какая у аппарата масса получилась по факту?

— Стандартная взлетная масса получилась около трех четыреста, у пустого самолета — две шестьсот.

— А как летные данные?

— Пока еще не установили. Нужны испытания. Ожидания-то, конечно, очень оптимистичные, но что там получится, покажет время. По крайней мере, новый двигатель обнадеживает — две тысячи лошадей на высоте — очень солидно. Да и этот необычный пятилопастной саблевидный винт с тонким профилем и изменяемым шагом… ох и намучились мы с ним. Но на стендовых испытаниях он показал очень интересные результаты.

— Да уж, — усмехнулся Тухачевский, наблюдая за тем, как техники завершают последние проверки и отходят от аппарата.

Чудной все-таки аппаратик получился — диссонирующий со всем этим миром. Но получился. Если бы кто там, в той жизни рассказал — ни за что не поверил. А так… Хотя, конечно, без Москалева он бы не справился. Уж больно товарищ был гениален и одарен в аэродинамике. Буквально на лету намеки хватал и развивал. Неудивительно, что в той истории его долго и методично топил Яковлев. Выплыви такой конкурент в разряд тяжеловесов — и все. Финиш.