Медицина катастроф в ином мире 2

Отвесив смачный пинок офицеру Альянса, Ворох, он же Ксандр, он же Саня, спотыкаясь и матерясь в полголоса, зашагал к ступеням.

— Подстрахуйте его… — попросил я бойцов. — Слаб совсем.

Бегло осмотрев копытных сородичей Сатти, я провел исцеление и по одному отправил вниз. Тот, что на кресте, к сожалению, скончался пару суток назад. Все, что я смог для него сделать — прочитать заклинание упокоения. Судя по тому, что тело развеялось в пыль, Боги приняли его душу.

Гомункулов нужно кормить, причем, не реже одного раза в двое суток. При всех своих особенностях, они — живые существа со всеми потребностями.

Кормили их откровенной баландой. А вот для себя охранники готовили вкусно и много. Поев и подремав часок, Саня немного оклемался. Присел рядом со мной на скамью в тени каменного навеса.

— Ты это, зови меня Ксандром, сержант. И давай сразу на «ты».

— Ага, есть маленько. Ты козочек моих тут больше не видел? В долине там, или на скалах?

— Эх… вот твари, половину племени моего перебили, — Ксандр всплакнул. — Они же дети мои через одного.

— В каком смысле? — удивился я.

— В прямом. Я тут вожак, знаешь ли. А у вожака свои права и обязанности.

Сатти — гордость моя, она первая. Они тут на сатиров похожи, вот и назвал так. Жаль мамка ее недолго прожила. Они тут все живут недолго. Лет сорок, от силы. А тут еще вождь их. Я ж сюда как попал, она меня выходила, полюбила, дочку родила. А вождь — козел во всех смыслах, взял и принес ее в жертву барсу.

— Да, кошара такой с тигра размером. По горам бродит. Он у них вроде как табу. Священное животное, убивать нельзя. Ну, как ты понимаешь, следующей жертвой стал он сам. А потом я и барса пристрелил. Так и стал вождем.

— Печально. А попал как сюда?

— Сам не знаю.

Летчик я, бортмеханик, штурман. Ил-76 МД знаешь? Транспортный самолет, у него еще турель в хвосте.

— Слышал… — он вздохнул.– А я летал на таком. Направлялись мы в одну арабскую страну, истребители наши обслуживать. Да и не только истребители… В общем, груз запчастей и принадлежностей. А тут раз! Маета какая-то. Почернело все вокруг, искры зеленые. Движки отказали все разом… Потом снова небо, море, мат в наушниках и удар. Жесткий такой, как будто тебя за ноги взяли и плашмя о стенку.

— Значит есть еще выжившие?

— Нет, парни погибли.

Я-то как раз в той самой турели сидел, пристегнутый. Регион не спокойный, инструкция. Как отстегнулся, бронедверь открыл, а в трюме уже воды под потолок. Кое как выбрался. Ребра сломаны, в башке звон, кровь носом идет. Доплыл до берега и отрубился. Очнулся уже тут в деревне.

— Так говорю же, тут за скалой, на дно пошел. Сели на воду. Ну, как сели? Воткнулись. Кабина вдребезги, парней сразу насмерть, без вариантов…

Из рассказа Ксандра, я понял, что он несколько раз пытался получить благословение. У всех кроме Ирии.