Медицина катастроф в ином мире 2

Потом аккуратно все поправил, чтобы смотрелось красиво.

— Человек которого нет — не может состоять на службе. Я давал присягу только одной стране, а она даже не в этом мире. А здесь мне все чуждо. Не понимаю, зачем я вообще рвал задницу? Грызите друг друга дальше.

Ухмылка медленно сползла с лица Санары. Я был вежлив и спокоен. Она тоже немного остыла, вылив на меня ушат дерьма. Сначала подумала, что я решил ее позлить. Но женщина она умная, к тому же дар распознавать ложь не позволил усомниться в моей решимости.

— Всего доброго, — я вежливо поклонился и зашагал к двери.

— Не поняла… — я чувствовал, как она закипает.

Открыв дверь, я, не оборачиваясь, махнул ей рукой.

— Стоять! Я с тобой не закончила…

Будучи губернатором дастана, Санара часто пользовалась кнутом, когда кончались аргументы. Я хорошо запомнил нашу первую встречу, там — у ворот города. Так же она поступила и теперь… Вот только позабыла, что кнута в ее живой броне давно нет. А вместо него — смертоносная нить.

Этот мерзкий звук, похожий на тихий свист рыболовной лески, я уже никогда не забуду. Услышав его впервые, в рабочем поселке Тарсиса, уже ни с чем не спутаю.

Золотистая магическая струна мелькнула лишь на мгновение и глаза Рауфа, стоявшего за дверью, широко раскрылись. Я видел, как расширяются его зрачки и меняется лицо. Словно в замедленной съемке. Странная легкость образовалась в правом плече. Секунду назад я придерживал дверь, а теперь моя рука, рассеченная на три части, валялась на полу, конвульсивно подергивая пальцами.

Поняв, что алая жижа, заливающая все вокруг ритмичными толчками, брызжет из моего плеча, я вырвал ремень из брюк и быстро наложил жгут, затянув его зубами.

Логичнее было бы сразу применить исцеление, но в состоянии шока человек делает то, что отработано до рефлекса. Так уж меня учили. А судя по тому, что боли не было — это и есть шок. Странное ощущение…

— Так выглядит благодарность… — посетовал я негромко.

Потрясенный, Рауф отступил в сторону, солдаты резко расступились. Прикрыв за собой дверь уцелевшей рукой, я сделал несколько шагов и медленно осел на каменный пол, измарав стену. Хорош медик… повело от вида собственной крови.

Очнулся я оттого, что солнце светило в глаза.

Было так хорошо, тихо… Где-то чирикала птичка. Я был абсолютно спокоен, если не сказать — умиротворен. Только обида комом стояла в горле. Хотя нет, это — ошейник. Довольно широкий наощупь. Мягкий солнечный свет струился из дыры в потолке, навевая мысли о Далии. Если бы не цепи, которыми меня примотали к столу и культя вместо правой руки — было бы даже уютно.

Кто-то заглянул в дверь и тут же убежал. Вскоре послышались до боли знакомые шаги. Ну конечно, кто бы еще это мог быть?

Я не ответил.