Меж светом и тьмой 3

Ответить не успел, как она схватила меня за воротник пиджака и с силой подтянула вниз, страстно впившись в губы. Мог бы я уклониться или остановить её? Запросто. Но, чёрт возьми, Покровский мне такого не простит. То бегаю где попало, потом столько дней по Осколкам.

Нужна разрядка… и не нужны проблемы.

Яна отпрянула и метнулась к двери, закрыв защёлку. Пиджак с чем-то тяжёлым внутри, должно быть хранилищем, улетел на кресло. Девушка словно с цепи сорвалась, и я придержал её за плечи.

— Андрей, поздно останавливаться! Только не лги, что не хочешь этого. Потому что я сдерживаться уже не могу.

У меня давно никого не было!

Она стала снимать с меня одежду. А ведь там… хотя ладно, похожая на шрам звезда на грудь и половину живота — не так уж важно. Я не ищу долгих отношений.

— Почему? Ты же понимаешь проблему? — я всё же взял Яну за руки, придавив либидо Покровского волей.

— Андрей, чтоб тебя! Давай без глупостей и нравоучений! Не узнает род, клянусь, но на прелюдии времени нет, — она снова впилась в губы со жгучей страстью.

Что же, она тоже пришла отдохнуть. Впрочем, я ей приглянулся. Но Яна похожа на архонтов ордена.

Поэтому на радость девушки я охотно ответил, перейдя сразу к активным действиям. Без сомнений, пришла она именно с этой целью, выбрав чёрное кружевное бельё.

Спальня тоже нужна для романтики. Я же повалил хрупкую девушку на широкий и мягкий подлокотник кожаного дивана, а первый стон заглушил поцелуем. Конечно, в её возрасте я у неё не первый. Вряд ли даже второй. Впрочем, я никогда не был ханжой и имел более свободные взгляды.

Закончили совсем в иной позе — я полулежал на диване, держа упругие бёдра, а Яна тяжело дышала, склонившись сверху.

Каким-то чудом на ней всё ещё осталась шёлковая чёрная рубашка, на мой взгляд прибавляющая ей десять пунктов в привлекательности и соблазнительности.

Впрочем… слишком молодая, наверное. Хотя это вопрос перестройки сознания.

— У тебя безумная выносливость… — Яна похабно хихикнула, водя по моей груди пальчиком. — Что это за штука на тебе?

— Последствия одной очень сложной магии, позволившей не сдохнуть. Буду благодарен, если никому не расскажешь, — я чмокнул её в щёку и снял с себя.

Увидела и увидела, в этом ничего такого. Он появился после интеграции духовного сердца, очевидно служа основным контуром.

Но вроде как в нём нет ничего особенного. Я скрывал его от Лены, наверняка бы начавшей задавать вопросы, на которые пришлось бы придумывать ответы.

— Если никому не расскажешь о моих похождениях. Интересно, ты такой доверчивый — был уверен, что я приняла меры, или?

— Или, — подтвердил я. — Так что не выйдет затащить в замужество, аргументировав ребёнком. Кстати, как же фразы вроде «даже не мечтай»?

— Предназначены тем, кто думал выступить инициатором.