Мы из Кронштадта. Встреча.

С чего мне их кормить?

Тут Витя подумал и раз следователь не спрашивала пока, а просто на него смотрела – выдал:

- Раз вы про закон говорите, то скажите – по какому закону я должен был их кормить? И я никто и они никто. Мне дали еду – я делюсь ею с теми, кто обеспечивает жизнь деревне. И я не барон, и они мне не крепостные. Вольны делать, что угодно. И я волен. Вы же не кормите первых встречных? У вас же нет такой обязанности, обусловленной законом?

- О, как вы заговорили – опять улыбнулась, зараза.

- А как мне еще говорить? Вы же меня не кормите, верно?

- А вам очень хочется, чтобы вас кормили мы? Действительно? – еще более мило разулыбалась красотка.

- Я понимаю, на что вы намекаете. Нет, мне не очень хочется сидеть в камере и получать пайку, если вы об этом. Но получать жратву за работу и службу – принято и у вас. А даром кормить – ну вот не помню исторически чтоб так было.

- Мы не на занятиях истории. А повторения чего-то типа очага мятежа, зазомбления населенного пункта и пожаров нам здесь категорически не желательно. К тому же замечу, что вы пока свидетель, не подозреваемый. Возможно вы эту тонкость упускаете, но она достаточно весомая.

Итак, продолжаем.

Тут она посерьезнела и резанула:

- Анклав, что на хранилище газа, сообщил по нашему запросу, что выжил только 1 человек. По его показаниям вы приехали на машине и расстреляли часть населения, заодно устроив несколько поджогов домов. После чего трусливо убежали, когда вооружившиеся вашим оружием женщины решили вам противостоять. Но справиться с поднявшимися зомби из убитых вами они уже не смогли.

Виктор обомлел. Словно чем-то по голове мягким и тяжелым врезали. Типа мешка с мокрыми опилками.

Нет, он ожидал, что газовщики устроят подлянку и наговорят всякого – но чтоб свидетели остались. Шустеры – а они были в деревне и при свежих харчах – обычно в такой ситуации не оставляли в живых всяких недоделанных обалдуев. То, что мятежная публика 6 стволами не смогла защититься – его убедило в том, что там были пахорукие придурки. А вона как – выжил какой-то свидетель. И еще как резво показания дает!

Девушка глянула в бумажку и продолжила:

- У вас есть что сказать на показания свидетеля?

Виктор стал собираться с мыслями.

Они рассыпались словно горох по полу…

В салоне броневика странное напряжение, висящее словно дамоклов меч. Ребята напряжены, смотрят старательно во все бойницы и приборы наблюдения и хотя все более чем спокойно – ну просто загородная прогулка – а чем дальше, тем почему-то они себя нервознее ведут. А ведь едем как на экспрессе, только голоса городского гида не хватает: Посмотрите е направо – там кусты, посмотрите налево – там поле, оп, нет уже тоже кусты…

Разве что пованивает тут не как в экскурсионном автобусе.