Наперекор всему (СИ)

В эту ситуацию я даже вмешиваться не хочу, сам разруливай.

Глеб только вздохнул и в очередной раз поерзал в своем кресле. Ник заметил, что за последние пятнадцать минут любимый раз пять менял положение. Не иначе опять спина.

- Глеб, иди спать, — рискнул-таки вмешаться. – А мы с дядюшкой еще посидим.

- Чего это? Я в порядке, — вскинулся Глеб.

- Иди-иди, -поддержал Ника Роман Исаевич, поймав его встревоженный взгляд. – Толку от тебя, ты уже последние рефлексы теряешь.

Глеб нехотя и с трудом поднялся. Ник проводил его до спальни, убедился, что любимый лег и вернулся к дядюшке.

- И что это такое? Опять спина?

- Не знаю. Я отцу звонил, он сказал, так и должно быть, пройдет. А сколько еще ждать – непонятно.

- М-да. Ну ладно этот старый дурак. А ты чем думал? Ты на хрена к нему домой поперся?

Никита вздохнул, понимая, что сейчас примутся за него.

Бойтесь своих желаний, ибо они могут исполнится. В какой умной книжке он прочитал эту фразу, Никита уже и не помнил, но сегодня она целое утро крутилась в голове. Он мечтал, чтобы у них с Глебом была нормальная семья, чтобы милому не нужно было придумывать объяснения для Ирмы, постоянно выкручиваться, вовремя звонить, вечно поглядывать на часы – уже пора уезжать или еще можно побыть с ним.

Но в то же время Никита прекрасно понимал, что Глеб никогда не разведется, а ему всегда придется проводить праздники в одиночестве, по будням ждать любимого и гадать, будет в их распоряжении пара часов или вся ночь.

И вот в один день все поменялось. Глебу никуда не надо, он сидит в спальне на кровати и сосредоточенно что-то рисует в блокноте. В трусах, распахнутом халате и очках. Серьезный до невозможности. Рядом дремлет счастливая, от пуза накормленная Динка.

И можно не смотреть на часы, украдкой считая, сколько еще осталось у них времени. Можно не вздрагивать от телефонных звонков, боясь, что какой-то из них выдернет Глеба на работу или домой. Даже если Глебу понадобится куда-то съездить, возвращаться он теперь всегда будет сюда.

По крайней мере, Никита очень надеялся, что Глеб не решит поселить его в Нововнуково. Что бы там у них с Ирмой не произошло, к переезду он явно не был готов.

Никита в очередной раз одернул себя и мысленно предложил собственным мечтам воспользоваться губозакатывателем.

Милые бранятся, только тешатся. Вполне вероятно, что Глеб еще помирится с Ирмой. Прощала же она ему всех его баб. Может и это… простит. И тогда станет еще хуже, потому что Глеб будет чувствовать себя виноватым, и выкручиваться ему придется в два раза тщательнее. Нет, об этом лучше вообще не думать. Но и радоваться чужому несчастью нельзя. Страшно даже представить, что сейчас у Ирмы в душе творится. Да и Глеб только пытается делать вид, что все нормально, но Ник же видит, как он расстроен.