Наперекор всему (СИ)

- Да у них Илья Кароль был назначен гвоздем программы, а он только сегодня отказался, у него там что-то поменялось.

- Нормально! А я что, актер второго состава? На замену Каролю?

- Глеб, ну прекрати! Выйдешь на три песни, а получим как за сольный концерт. Потом банкет, все дела. Говорят, будет даже водное шоу с русалками!

- Ну вот без русалок я бы не пошел, - съязвил Глеб. - Ладно, заедешь за мной.

Хотелось кофе, но варить его не было ни сил, ни желания, поэтому, набирая Ромку, Глеб цедил Ирмин сок мелкими глотками. Натуральный, апельсиновый, без сахара, мерзость. Вяземский долго не отвечал.

Но сам факт, что после вчерашнего Ромка звонил первым, обнадеживал.

- Проснулся, спящий красавец? - ехидно поинтересовался Роман Исаевич вместо приветствия.

- Да, - осторожно ответил Глеб, пытаясь по тону понять, что у его собеседника на уме.

- От секса не отвлекаю? - голос стал еще ехиднее.

- Рома, мне не восемнадцать, и я не занимаюсь сексом круглосуточно.

- А мне показалось, совсем наоборот...

- Тебе показалось. Если ты о вчерашнем инциденте, поверь, я очень сожалею.

- Сожаление у тебя вчера буквально на лице было написано, ага.

Ладно, Глеб, я звонил сообщить, что у меня тут с утра была съемочная группа Первого канала, та, что о тебе фильм снимает. Они сейчас к тебе поехали. Так вот можешь не переживать, я им рассказал, какой ты прекрасный друг и великий артист, как трепетно относишься к женщинам и любишь свою жену. И даже подбитый глаз, который мне красиво замазали, не помешал этого сделать.

- Спасибо, Рома, ты настоящий друг.

- Нет, я просто профессиональный врун, как все артисты. Ко мне пришли, бывай.

Вяземский разъединился первым. Глеб раздраженно швырнул телефон на стол.

Настроение из плохого превратилось в отвратительное. Он-то надеялся, что Ромка предпочтет "забыть" вчерашнее. В крайнем случае, будет подкалывать. Но судя по всему, забывать Роман Исаевич ничего не пытался.

Глеб Васильевич с отвращением допил сок. Ирма-то куда подевалась? Что еще за конференция в Измайлово? Почему он о ней ничего не слышал? Впрочем, после того как он несколько раз нелицеприятно высказался об Ирмином увлечении психологией, супруга старалась его в эту сторону своей жизни не посвящать. Вообще-то свинство с ее стороны.

Мало того, что телевизионщики собирались снимать Немова на фоне семьи, а из членов семьи дома осталась только собака, так еще и обслуживать гостей Немов должен сам. Опять же встречать надо, чай-кофе подавать. Глеб не собирался скакать вокруг журналистов.

Вот и не стал. Открыл им дверь, пригласил обустраиваться, а сам ушел переодеваться. Когда вернулся, позволил усадить себя в кресло и гримировать.

Телевизионщиков было двое: девочка-репортер и мальчик-оператор. Плюс стилист трудно определяемого пола.