Насмешка судьбы

Она отчаянно вцепилась зубами в подгоревший тост. Даже в самые голодные времена в своей жизни Энжи не рискнула бы отведать подобный так называемый тост, скорее напоминавший головешку. Это явилось лишним доказательством того, что Лоренцо едва знал, как обращаться с плитой.

— Ты любишь Джека Кларка?

— Конечно же нет! — Она поперхнулась куском и закашлялась. — Мы с ним друзья.

— Значит, тебя гложет чувство вины, потому как ты сильно нервничала вчера...

— Нет, это просто смешно! Зачем раздувать из мухи слона?

— Возможно затем, что подобное безрассудное поведение в компании недостойного молодого человека приводит меня в бешенство.

Тебе ли не знать об этом.

— Те дни, когда я смотрела тебе в рот, ожидая похвалы или порицания, давно прошли.

— Время покажет, — двусмысленно изрек он с порога.

Энжи опустила голову, ее щеки горели. Решив, что муж покинул комнату, она вздрогнула, когда сильные мужские руки передвинули поднос, а сам Лоренцо сел на край кровати. Не готовая к такому повороту событий, она напряглась, когда он ласково погладил ее всклокоченные волосы, а затем широко улыбнулся.

— Не очень-то умно с твоей стороны полночи извиняться за свое поведение, — шутливо сказал он.

Он сидел так близко от нее, что она смогла уловить запах его тела, нагретого солнцем, такой знакомый и такой манящий. Энжи положила дрожащую руку ему на плечо и посмотрела в сверкающие золотом карие глаза мужа. Лоренцо наклонился к ней, и ее захлестнуло сладостное волнительное ожидание.

Поцелуй был ласковым и нежным и только разжег в ней искру желания. Она обвила его шею руками, а он лишь слегка покусывал ее губы. Когда же его язык проник сквозь раскрытые губы, Энжи почувствовала неукротимый огонь страсти, требовавший жертвоприношения.

Она вся трепетала и уже не контролировала себя.

Лоренцо прервал поцелуй и посмотрел на жену. Он легко встал с постели и казался ей абсолютно спокойным и невозмутимым. Лишь уголки губ слегка подергивались.

— Я еще не завтракал, — сообщил он и вышел из комнаты.

Сраженная его внезапным уходом, она упала на подушки. В ней все еще бушевала разбуженная, но не утоленная страсть. О чем сейчас думает Лоренцо? Впрочем, это неважно. Он разрушил тщательно возведенный ею бастион с такой же легкостью, как волна смывает построенный ребенком песчаный замок.

Но самое страшное — он прекрасно знает об этом. Ее руки дрожали, когда она приподняла поднос. От голода или от страха перед Лоренцо?

Когда она вышла из душа, раздался стук во входную дверь. Накинув махровый халат мужа, Энжи вышла из ванной.

— Анжелика, — услышала она ласковый голос Лоренцо. — Спускайся вниз.

Она стала неторопливо спускаться по лестнице, но, увидев стоящего в холле Джека, остановилась в изумлении.