Насмешка судьбы

— Анжелика получила паспорт в Ирландии незадолго до нашей свадьбы, — пояснил Лоренцо.

Облаченный в светло-серый костюм, он выглядел неотразимым. Энжи не могла глаз отвести от мужа.

— Возможно, использование девичьей фамилии преследовало некоторую безопасность? — неуверенно предположил старший по званию полицейский офицер, знавший о похищении одного из членов семьи Боргезе несколько лет назад, и с пониманием посмотрел на Энжи. — Сейчас это уже бесполезно: ваша фотография была показана по телевидению и напечатана в газетах. Сожалею, синьор, но ваша жена теперь и шагу не сможет ступить без того, чтобы на нее не показали пальцем.

Слава богу, остальных членов семьи огласка не коснулась.

Энжи заметила, что от этого известия Лоренцо помрачнел. Только теперь до нее дошел смысл его призыва к осмотрительности и предосторожности, когда они впервые встретились в «Лацио». Тогда она и не подозревала о том, что ее муж принадлежит к одной из самых богатых и влиятельных семей в Европе, и сейчас не верила в то, что летит с ним в Милан.

— Заставлять меня лететь с тобой в Милан, это чистой воды сумасшествие, — шепотом произнесла она, глядя вслед удаляющемуся полицейскому.

— Когда ты катаешься на водных лыжах, то не можешь сразу остановиться только потому, что тебе в лицо летят мелкие брызги.

Энжи побледнела: Лоренцо будет стоять на своем до конца. Воцарившуюся тишину нарушил слабый рокот мотора самолета над долиной. Она уставилась в окно, желая отвлечься от тяжелых раздумий и успокоиться. Муж положил ей руку на плечо, не давая расслабиться. Энжи обернулась к нему.

— Все в порядке, — заверила она, засунув руки глубоко в карманы короткого летнего платья. — Мне не страшно.

..

— А должно быть, — возразил Лоренцо, гладя ее по спине. — Мы отличаемся друг от друга лишь одним: я никогда не стану рабом своей страсти. Что ты станешь делать, когда придет время расстаться, а тебя все еще будет снедать потребность продолжать наши отношения?

Прижатая к горячему телу, такому желанному и родному, Энжи почувствовала, как в ней зарождается искорка желания. Взглянув Лоренцо в глаза, она, презирая свою слабость, произнесла:

— Я покончу с собой!

— Жизнь или смерть, все или ничего... Ты совсем не изменилась, дорогая, — устало усмехнулся он.

Но глаза сверкали каким-то загадочным блеском. — Жизнь редко предоставляет нам легкий выбор.

— Все зависит от самого человека, — возразила она, борясь со все возрастающим желанием.

Боже, как ей хотелось теснее прижаться к Лоренцо, вдыхать пьянящий аромат его тела, вновь испытать желанную близость, от которой перехватывает дыхание, а каждая клеточка тела наполняется взрывной энергией. Она крепко сжала кулаки, стараясь не поддаться соблазну и не обнять мужа.

Он ласково погладил ее по лицу.