Небовзор

В итоге Эрик не выдержал и сбегал за Бушующим.

Повторно разбуженный среди ночи мужчина выслушал мой сбивчивый рассказ о том, чем и как лечила, и развел руками.

– Ждем. Ждем и надеемся, что она справится с болезнью.

Еще бы понимать, с какой!

– Почему вы раньше ничего не сказали? – шипела я на парней.

– Так это… – растерянно чесал кулаки Эрик, страдальчески хмуря брови при одном только взгляде на свою девушку. – Сперва ее мутило, ну я и подумал, а вдруг… это эти… ну ваши женские дни… Власта иногда жаловалась, что у нее живот болит…

– Ой, Хезенхау… – устало протянула я и внимательнее всмотрелась в лицо подруги.

То, что с ней происходило, не было похоже на банальную простуду, даже очень сильную. Не напоминало и прошлую напасть, от которой погибли звездокрылы и Астрид. Но самое прискорбное, что среди нас не было Тихона Горячего, способного поставить правильный диагноз.

Больше всего я боялась думать о действительно страшных вещах. И поэтому думала только о них!

Например, о том, что отказывает какой-то внутренний орган, и тогда все ну очень плохо. Или о том, что у Подгорной неизлечимая болезнь, которую она долгие месяцы от нас скрывала. Или о том, что это новый штамм смертельной лихорадки, о котором никто из нас ни слухом ни духом.

Сомневаюсь, что незнакомая бацилла приживется в господине Бушующем и не подохнет где-то на подходе к его непробиваемому организму, но что, если уже через пару часов первые симптомы появятся у Эрика, а после у Кристена и меня?

Однако заикаться о таком вслух, да еще при Эрике, откровенно боялась. Но тот словно и сам думал о чем-то похожем, потому что с каждым часом становился все более злым и нервным.

– Кристен, – шепотом позвала я и протянула опустевшую чашку, – можешь принести еще чай?

Кристен, умница, быстро понял, почему я делаю знак в сторону Эрика, кивнул и едва ли не силой вывел друга из комнаты. Пусть немного погуляет, может быть, успокоится и перестанет нервно кружить вокруг постели, то садясь возле Власты, то вскакивая и вновь принимаясь нарезать круги.

– Власта, булочка моя, я ненадолго, – шепнул Эрик, наклоняясь над девушкой, поцеловал к горячий лоб и ушел.

Я приготовилась облегченно выдохнуть, но едва за парнями закрылась дверь, а в коридоре утихли шаги, как в наступившей тишине, изредка нарушаемой тяжелым дыханием Власты, почувствовала нечто странное. Словно в один миг мое тело превратилось в стрелку компаса, которую настойчиво тянуло в сторону.

Встав со стула, я нервно прошлась по комнате, но ощущение никуда не делось. Что-то настойчиво тянуло меня к моему же рюкзаку и распотрошенной аптечке. Решив не сопротивляться этому странному зову, я присела перед вещами, лихорадочно соображая, что происходит.