Недотепа. Непоседа

А Трикса уже обнимала Тиана (против чего он совсем не возражал!), потом Груя (где-то в районе колен), пробравшийся – и когда только успел! – сквозь кольцо големов Халанбери (в районе пояса), потом радостно орущий Иен, хохочущий Бамбура, молча улыбающийся Шараж, что-то говорящий (от возбуждения на родном языке) Хорт… Под ногами прыгал и лаял Альби, на макушке танцевала Аннет, а в стороне, взявшиеся за руки, радостно отплясывали старинный народный танец Майхель со своими племянниками.

– Такую мощную боевую силу выпустить из рук! – с сожалением произнес Гавар. Язык у витаманта уже уменьшился до нормальных размеров. – Все-таки ты недотепа.

– Да, я такой! – радостно сказал Трикс, полузадавленный в дружеских объятиях. – Да!

– Быть может, ты об этом пожалеешь, – сказал Гавар.

– Если бы я сочинял пьесу о наших героических деяниях, – горько сказал Бамбура, – то я бы закончил ее на позавчерашнем дне. Например, на том, как ты победил Алхазаба, убедил кочевников вернуться в пустыню, а мы все тебя поздравляли и обнимали…

– Почему? – мрачно спросил Трикс.

– Потому что героическая драма должна заканчиваться хорошо! А если она заканчивается плохо, то это героическая трагедия!

– Драма мне нравится больше, – признался Трикс.

Повозка комедиантов медленно приближалась ко дворцу султана Абнуваса. Честно говоря, даже упряжные верблюды (а верблюд – не самое лучшее животное, чтобы запрягать его) могли бы тянуть повозку быстрее – но движение очень сильно замедляли стражники. Они шли позади, держа наперевес длинные пики. Они шли впереди, сжимая в руках мечи. Они толпились по обочинам дороги, держа на изготовку луки.

В общем, стражников было много.

А еще в небе летали драконы.

А еще на крышах домов сидели мрачные самаршанские колдуны, к каждому из которых для воодушевления и ободрения было придано по три стражника. А еще в канавах затаились алхимики, сжимая в руках колбы со зловещими бурлящими жидкостями.

В общем, Триксу было как-то не по себе. Они с Тианой ехали на своих боевых верблюдах, витамант Гавар шагал рядом, а комедианты, Иен и Халанбери мрачно сидели на повозке.

– И зачем ты решил вернуться в Дахриан? – простонал Майхель. – Отправились бы домой…

– Ты же сам требовал вернуться! – возмутился Трикс. – Ты хотел забрать сундучок с золотом, который был нам обещан!

– Хотел! – признал Майхель. – Но я бедный комедиант, директор странствующей труппы, который должен заботиться о своих актерах и которому звон золота заглушил вопли разума! Ты должен был меня отговорить! Но ты же сам заявил, что должен отчитаться перед Абнувасом!

Трикс вздохнул.