Нелюди Великой реки. Полуэльф

 — Как будто я сам не пострадал. И всего-то хотел тебя развеселить чуть-чуть. Думаешь, мне удобно, что ты на меня деньги тратишь, спасаешь меня и вообще возишься как с писаной торбой… А когда ты в Академии преподавал, знаешь, как на тебя девчонки западали?

Грубая лесть, но все равно приятно.

— Проехали! — выставил я ладонь, и Виталя, ухватившись за нее, был водружен в вертикальное положение. — Балы я люблю, но опоздаю сильно. У меня служба! — предупредил я Виталю, но ему было не до этого. Опять какие-то схемы в записной книжке стал чертить. Вот он настоящий ученый, а я погулять вышел.

На службу я опять не опоздал. Сам себе удивляюсь: никогда такого за мной не водилось. На самом деле, если у кого-то будет желание меня обвинить в том, что я убил важного свидетеля, в смысле крокодильчика, то лишнего повода лучше не давать.

Интересно одно — допрашивали «первого» оборотня до того, как он сдох, или нет? Хотя, что животное скажет? Р-р-р? Или его можно заставить сменить облик, превратиться в человека? И где, ежкин кот, смарагды? Если Виталя не брал, то кто вообще брал?

Ивана Сергеевича подвез к крыльцу какой-то бравый урядник на «виллисе», причем лицо у пристава было растерянным и каким-то расстроенным.

А где несравненная Натали? Скучно же без нее.

— Все здесь? — поинтересовался он довольно неприязненно у Парфенова.

— Точно так, Иван Сергеевич! — отрапортовал вахмистр, бросив на меня быстрый взгляд. Я как раз перестал дышать как запаленная лошадь.

— С сего момента группы по найму городского ополчения не существует, — сухо и спокойно проговорил пристав. — Распоряжением агента сыскного отделения Каменецкого. — И продолжил, чуть мягче: — У вас нет причины быть недовольными.

В группе нет потерь, двадцать рублей золотом за два дня — вполне нормальная цена за тот риск, которому вы подверглись. Да, надеюсь, вы оценили деликатесный стол у Собакина. Претензий мне прошу не предъявлять, я с сегодняшнего дня в отпуске. Пошли, Парфенов, нам теперь отчеты писать. Свободны! Корнеев, в качестве прощального жеста полтораста за мертвого ящера получи, вексель выписан уже.

Вот так. И засуньте свои вопросы, дорогие ополченцы, себе в… Но от денег кто ж отказывается?

В отпуск, значит, Василь Васильич вас, дорогой пристав, «ушли»? И так понятно, без комментариев.

Что там Глоин по поводу отпуска говорил? Ладно, на балу должны же о чем-нибудь люди болтать. А я туда пойду — глядишь, выздоровевшего Вась-Васю встречу… И еще кое-кого!

Бал в зале Благородного собрания хоть и в уездном городе — это, конечно, еще то испытание для нервов ученого сухаря, каким всегда был Виталя. Да еще с кучей комплексов — когда твое тело то увеличивается в объеме, то уменьшается, комплексами обзаводишься на раз.