Племя Огня

"

"– Подсвинок – это хорошо, – одобрил вождь и посмотрел на геолога, – ты, Игоревич, Андрей и Гуг делаете шашлык…

– Гуг делать еда? – переспросил парень. – Зачем не женщина?

– Гуг, – сказал бородач, – шашлык – это та еда, которую положено делать только мужскими руками. Понимаешь?

– Гуг понимать, – кивнул тот, – Гуг делать, как скажет вождь.

– Шовинисты! – хмыкнула Марина Витальевна.

– Марина, – сказал Андрей Викторович, – шашлык – это не просто еда, это своего рода ритуал, в котором мужчине отведена роль творца, а женщине – зрительницы и ценительницы. Не мы придумали эти обычаи, и не нам их отменять.

– Да ладно уже, мальчики, – сказала та, оглядывая мужчин, – я же просто пошутила.

– Ну вот и отлично, что пошутила, – сказал Петрович, – а чтобы тебе было не до шуток, с тебя суп из глухарей и рыбка, жареная на свином нутряном жиру. Ужин должен быть праздничным. Кстати, что у нас сегодня с рыбой?

– Как всегда, – сказала женщина, – карп, щука, линь, плотва, угорь, а еще Антошка приволок осетра. Здоровенный, килограмм на пятнадцать.

– Осетр на пятнадцать килограмм – не здоровенный, а так себе, – поправил ее Петрович, – тут пока еще водятся такие особи, что на них только на торпедном катере охотиться.

– Овощи почти на исходе, – ответила повариха, – используем понемногу и стараемся переходить на местные ресурсы. Лук мы уже давно едим дикий, тут его просто навалом. Кое-где прямо-таки настоящий огород.

– Очень хорошо, – сказал учитель, припомнив странноватый вкус зеленого лука, который та в последнее время стала обильно сыпать в еду, – тогда я на тебя полагаюсь. Серега, Валера, с вас музыка и большой праздничный костер. Чтоб зажечь, когда стемнеет, и огонь до неба. Будем благодарить Духа Огня, прыгать через огонь и заниматься прочими забавами.

Парни переглянулись.

– Сделаем, Сергей Петрович, – пробасил Сергей-младший и спросил, – а вы что будете делать?

– А я займусь культурной программой, – сказал тот и кивнул на сбившихся в кучку штрафниц, – вон мои несчастные овечки, стоят в сторонке и тихо ждут, пока у меня до них дойдут руки.

– А что с ними, Петрович? – встревожено спросила Марина Витальевна. – Надеюсь, они ничего опять не натворили?

– Нет, – ответил вождь, – совсем даже наоборот. Сегодня я разрешил им первое свидание с детьми.

– А не рано? – спросил отставной првпорщик. – Еще и полутора месяцев не прошло.

– Думаю, что нет, в самый раз. Искреннее раскаяние и ударный труд дают мне полное право сделать им это послабление.