Племя Огня

Как ни странно, но Лани его поняли даже без перевода, и вокруг наступила полная тишина. Только было слышно, как всхлипывает уткнувшая лицом в бок Марине Витальевне маленькая полуафриканочка.

Мужчины огляделись. Антошка неподвижно лежал на скамье лицом вверх, и вокруг его левого глаза расплывалась огромная багрово-сизая гематома. Рядом со скамьей на коленях стояла светловолосая девочка Ланей, держащая Антошку за руку. Еще одна светленькая девочка, чуть постарше первой, размазывала кулачком по лицу слезы. Три смугленькие полуафриканочки и одна девочка Ланей испуганно выглядывали из-за спины Марины Витальевны, утешавшей их плачущую подружку.

– Что с ним, Витальевна? – спросил Сергей Петрович.

– Сотрясение мозга, – ответила та. Было видно, что и она тоже не на шутку взволнована. – Когда девочки привели сюда Антошу, его сразу начало рвать, а потом он потерял сознание.

– Так, – сказал вождь, – Мара, быстро давай сюда всех, кто видел, как было дело.

– Вот, Петрович, – быстро сказала Мара, – Вета видел, Лата видел, Сиба видел, тот черный девочка тоже все видел.

– Так, – еще раз сказал Петрович, присаживаясь на скамью и поворачиваясь лицом к самой старшей из девочек, – ты, давай рассказывай, как было дело, а ты, Мара, переводи.

Девочка, которую звали Ветой, начала, волнуясь и возбужденно жестикулируя, рассказывать, и перед тремя вождями приоткрылась картина этого чрезвычайного происшествия.

Дело, по ее словам, было так. Дети, как и в прошлый раз, рыбачили в устье Ближней. Из-за чего там у Тэра с одной из полуафриканочек вышла ссора – никто не понял, но мальчик сперва рванул ее за топик, поставив на колени, а потом ударил девочку раскрытой ладонью по лицу.

Антон попытался оттолкнуть хулигана и встать между ним и его жертвой, но получил нанесенный со всей силы удар кулаком в глаз, а после того как упал, еще удар ногой по голове.

Потом то же самое повторила и вторая девочка. Она подтвердила, что Антон не бил Тэра, а только отталкивал. При этих словах женщины Ланей зашумели, но Андрей Викторович сделал такое «доброе» лицо, что снова наступила тишина. Третья, самая младшая девочка, наотрез отказалась выходить из-за спины Марины Витальевны.

Спрашивать что-то у полуафриканочек было бессмысленно – ни русского, ни языка северных равнин они не понимали, а звать сюда Алохэ-Анну и вовлекать ее в эти разборки Сергей Петрович не хотел. Он только попросил Марину Витальевну повернуть плачущую девочку к нему лицом и, увидев потеки крови из носа и опухшую щеку, мрачно кивнул. Дело было ясным.

– Итак, – сказал он, – суд заслушал показания свидетелей. Андрей, что ты можешь сказать по поводу всего случившегося?

– Начнем все сначала, – сказал тот.