Охота вслепую

— Дальше поедем или как? — поинтересовался Домовой у Сизого — тот был сегодня вроде как за старшего.

Сизый выплюнул в окно окурок и включил мотор. Проехав рощу, они въехали в поселок. Выложенную каменными плитами площадь окружали узкие двухэтажные дома. Главной достопримечательностью площади и местом отдохновения мужского населения поселка было, как видно, кафе-пиццерия. Под матерчатым навесом перед распахнутой настежь дверью располагались круглые столики. Три из семи столиков были заняты: за ними сидели местные мужики, курили, потягивали кофе из крошечных белых чашек и молча пялились на проезжавший «фиат» с римскими номерами.

— От балдеют, сачки! — завистливо брякнул Лесоповал. — А кто-то там корячится, жилы рвет, бьется как рыба об лед.

— Это ты о себе? — поинтересовался Домовой.

— Хочешь поменяться с ними ролями? Женись на местной черномазенькой толстушке — вот и заживешь в свое удовольствие. А потом чернявенькие спиногрызики пойдут один за другим, а ты будешь сидеть в этом занюханном кафе, эспрессо «илли» попивать и вешать здешним мужикам лапшу на уши, каким ты был ухарем в белых снегах России. Согласен?

— Подумаю, — сказал Лесоповал. — Может, и стоило бы.

Сержант выслушал доклад Сизого и устроил им навоняй за то, что они без всякой нужды засветились в поселке на площади. Теперь придется «фиат» где-то скинуть в безлюдном месте, на нем возвращаться после акции в Рим нельзя ни в коем случае. Обсуждая способ атаки на Россетти, Лесоповал предложил ударить по окнам машины старика гранатой из подствольника. Наверняка дон поедет на бронированной тачке, которую простой пулей не возьмешь. А возиться с фугасом вряд ли стоит...

Если бы это что-то меняло, Сержант счел бы, что возиться как раз стоит, но Лесоповал в данном случае был прав: что фугас, что граната — главное, остановить защищенную броней машину, а там уж расстрелять «клиента» в упор.

В пятницу в десять утра Сержант и его парни рассредоточились в роще по обеим сторонам дороги к поселку. Сержант приехал на «опеле» с римскими номерами, парни — на «фиате», с которым потом придется распрощаться.

Несмотря на ранний час, октябрьское солнце жарило уже вовсю. Даже тень под густыми кронами деревьев не особенно спасала от пекла. Стоило Сержанту залечь в кустах, как пот стал градом катиться по лицу.

Прошло часа три. Ожидание на жаре было томительным. Лесоповал, которому вменялось в обязанность выстрелить из гранатомета, злобно сжимал стальную трубу. Он собирался вмазать по передним колесам, чтобы потом, когда машина остановится посреди дороги, остальные смогли бы спокойно расстрелять ее со всех сторон.