Охота вслепую

Минут через десять в комнату заглянула высокая загорелая массажистка Паола. Россетти, не испытывая ни грана смущения, выбрался из воды и пошлепал мокрыми ступнями в массажный кабинет, лег на стол и отдался сильным, чутким пальцам профессионалки. Жизнь прекрасна, если ее должным образом наладить…

Во время сеанса расслабляющего массажа дон Россетти, как всегда, разглядывал стены массажной комнаты, выложенные мозаичными фресками с изображением забав древних римлян в общественных банях. В сущности, ничего не изменилось за прошедшие века: то, что ценилось тогда, ценится и сейчас, — вино, женщины, нега… Разве что время нынче бежит куда быстрее, подгоняемое ревом автомобильных моторов и реактивных двигателей.

В массажную неслышно вошел Марчелло и выжидательно замер на пороге. Синьор Россетти повернул голову в сторону двери и заметил красную папку в руках приемного сына. Хороший парень вырос, деловой, цепкий, умный, настоящий мужчина, подумал Россетти, который уже давно не вспоминал, что Марчелло не его родной сын. Наследник духа — это еще более ценно, чем наследник крови. Можно привести дюжину примеров, когда у достойного человека дети ничтожны… Взять того же покойного Доницетти. В жизни он всего добился сам, начав с посудомойщика в местной пиццерии, а трое его сыновей — никчемные вертопрахи, наркоманы, пьяницы и бабники. Позор семьи! А Марчелло хороший мальчик. И в папке, наверное, принес что-то новенькое на Сержанта. Позавчера Россетти распорядился отыскать родственников русского киллера, и, судя по довольному виду Марчелло, что-то найти удалось.

— С чем пришел? — поинтересовался Россетти, жестом попросив массажистку на какое-то время прервать свои манипуляции. — Надеюсь, порадуешь отца.

— Отец! Утром звонил ваш приятель из Москвы, Филипп… Я с ним разговаривал…

— Ну и что он сообщил? — нетерпеливо оборвал его старик. — Нашлись у Сержанта родственники в России?

— Ему удалось выяснить, что у Юрьева есть младший брат. Роман. По-русски его полное имя Роман Юрьевич Юрьев. Несколько длинновато.

— Да уж, у русских все несколько длинновато, — усмехнулся Россетти. — Впрочем, это их трудности. Так что там с братом?

Синьор Россетти тяжело перевалился на живот, положил подбородок на тыльную сторону правой кисти и оглянулся на массажистку:

— Ты мне, carina, шею помассируй.

Он закрыл глаза и расслабился, когда искусные пальцы принялись мять воротничковую зону. Потом он приоткрыл один глаз и посмотрел на Марчелло.

— Продолжай. Я тебя слушаю. Что с братом Юрьева? Тоже, наверное, киллер?

— Роман сидит в тюрьме.

— За какие грехи? Убил кого?

— Нет, он простой уголовник. Бытовые кражи, драки. Таких у них называют «бакланами».

— А ты откуда знаешь?

— Генерал Филипп объяснил.