Опер с особым чутьем

Сама-то оклемалась, да вот с ногой беда – гангрена пошла, пришлось ампутировать ниже колена… Жить не хотела, руки на себя порывалась наложить – она же первой красавицей была, мужики завидовали черной завистью, что такую отхватил. Потом смирилась, училась жить по-новому. А я извелся весь, ведь, как ни кинь, по моей вине это произошло, искал ее долго.

– Нет твоей вины, – возразил Павел. – Всякое случалось, везде соломку не подстелешь. О протезе не думали?

– Думали. Однажды предложил, аж загорелась вся. Мол, снова буду каблучки носить, с мужиками флиртовать. Дорогое это нынче удовольствие.

Денег нужно накопить, хороших мастеров найти – не в нашей, понятно, дыре. Так и откладываем каждый месяц – мол, подождем, не горит, никто уже не смотрит на твою ногу… Не так это. Еще как смотрят. На работе у Наташки бабы злорадствуют: вот, мол, расплата за твою красоту… Есть задумки по работе?

– Да, парочка пришла в голову. Придерживаюсь прежней версии, которую вы так старательно отвергали. В городе орудует банда. Нападает на граждан, у которых есть чем поживиться; устраивает налеты на государственные объекты. То, что выбрали заштатный городок, тоже объясняется.

Во-первых, главарь из местных – тот самый, что струной балуется. Во-вторых, противопоставить им нечего – в отличие от большого города. Несколько милиционеров – и весь оплот. Еще вчера двоих из строя вывели. МГБ в расчет не берем. Не их это работа – с бандитизмом бороться. Да и штат у них символический. Так что все логично. Ты не кривись, признай очевидное. После столкновения на заводе могут взять передышку – понимают, что мы будем землю рыть. Или нет – если совсем без головы. Теперь про саму банду – исполнителей то бишь. Дерзкие, решительные, владеют информацией и действуют по плану. Подумай, Вадим, среди местных могут быть такие? Чтобы собрались по первому зову, вникли в ситуацию, работали четко и слаженно. Блатных, понятно, исключаем.

Куренной задумался, извлек из пачки вторую папиросу.

– Нет, не думаю. Город мы знаем. Основная опасность исходит от сиделого элемента и тех, кто живет по воровским законам. Но это в лучшем… вернее, худшем случае – они могут устроить налет на продуктовую базу, своровать кошелек, изнасиловать в подворотне.

У них нет никакой организованности. Прочий контингент… работяги, пенсионеры – это вполне сознательная законопослушная публика. Нет, все не то. Про тех, кто может сбиться в банду, мы бы узнали. Осведомители не спят, держим ситуацию.

– Вывод? Это не местные, залетные. По крайней мере, большинство.

– Да ладно, Горин, знаем мы всех залетных.

– Про нашу банду вы тоже знаете. Неправильно выразился насчет «залетных». Назовем их приезжими. Внешне не упыри. Обычные граждане, в светлое время суток не вызывают подозрений.