Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

Беверидж утверждал, что «неизбежность» создания «всемирного правительства» станет очевидной для всех, в том числе и «русских коммунистов», уже к 1955 г.

1) Как считают те же авторы, на первом этапе (1946–1947) кампания по укреплению советского патриотизма носила в большей степени теоретический характер и была направлена против общей и крайне опасной тенденции низкопоклонства перед буржуазным Западом, которая стала доминировать сразу после окончания войны у вполне определённой и давно известной части советской научной, технической и культурной интеллигенции.

Естественно, глава Минздрава СССР предельно оперативно отреагировал на это указание ЦК и в конце апреля 1946 г. направил на имя Г.М. Маленкова справку, в которой сообщил, что Для дальнейших работ над противораковой вакциной «организована и приступила к работе спецлаборатория при Центральном институте эпидемиологии и микробиологии», что самой АМН СССР предложено создать отдел по теоретическому изучению проблемы биотерапии рака, а в Совет Министров СССР, соответственно, направлено ходатайство об импорте необходимой лабораторной аппаратуры для ускорения работ по изучению противораковых вакцин.

Тем временем в начале августа 1946 г. сам факт этой встречи, на которой заокеанский посол также предложил Н.Г. Клюевой и Г.И. Роскину крайне заманчивое предложение о совместной работе с американской стороной, заинтересовал высшее политическое руководство страны, по поручению которого заместитель начальника Управления кадров ЦК ВКП(б) Евгений Ермилович Андреев составил специальную записку «Об обстоятельствах посещения американским послом Смитом Института эпидемиологии, микробиологии и инфекционных заболеваний» и направил её на имя четырёх секретарей ЦК — А.

А. Жданова, А.А. Кузнецова, Н.С. Патоличева и Г.М. Попова. В этой записке он подтвердил согласованный характер этой встречи и сообщил о том, что разговор с американским послом проходил в директорском кабинете профессора В.Д. Тимакова и что в институтскую лабораторию высокий визитёр не был допущен. Однако главный идеолог партии не столь беспечно оценил данный визит и на докладной записке наложил следующую резолюцию на имя и.о. министра иностранных дел СССР Владимира Георгиевича Деканозова: «Прошу ознакомиться с материалом и дать своё заключение. Я думаю, что Смита не нужно было пускать в институт».

Ответ А.А. Жданову, подготовленный двумя высокопоставленными сотрудниками МИД СССР С.К. Царапкиным и Г.Н.