Отморозок 2

— Он вопросительно посмотрел на географичку и физичку, и те одобрительно забухтели.

— Да, все было довольно четко и убедительно.

— Костылев вполне достоин пятерки.

Татьяна Викторовна беспомощно заморгала и посмотрела на меня. Я чуть пожал плечами и сделал умоляющие глаза. Наконец, она, после паузы, сказала.

— Я тоже за оценку, отлично.

Я вышел из кабинета, и ко мне сразу же бросились одноклассники.

— Юрка, а ты что, так быстро? Срезался?

— Нет, я уже сдал, — едва сдерживая улыбку, ответил я.

— Да ладно! А что получил?

— Ну ты красава! Отбей! — Игорь Ким вскинул руку навстречу мне, и я звонко отбил ему ладошку своей пятерней.

— Я следующий, — не слушая возражений, Игорь открыл дверь и вошел внутрь.

В нашей команде бойцов сегодня всего двенадцать человек. К нам, кроме ребят, тренирующихся у меня в подвальном зале торгового техникума, и самбистов, приведенных Ваней ранее, присоединился еще восемнадцатилетний Расул Газданов, тоже наш самбист с Динамо. Мы провели еще три совместных тренировки по отработке действий малыми группами, и настроение у всех было сосредоточенно-боевое. Стрелка была назначена на большом пустыре на окраине города. Предварительно, на встрече представителей от обеих сторон, было уговорено, не использовать на стрелке никаких подручных средств и биться только «по честному», то есть безоружными. Количество приведенных бойцов никак не оговаривалось и оставалось на усмотрение сторон. Представителями от нас поехали: Ваня и Игорь Семенов. Меня туда ехать отговорили, чтобы не дразнить гусей. Сегодня я чувствовал себя легко и свободно. Ребро меня уже почти не беспокоило, хотя надо будет в драке поберечься, ведь через две недели у меня третий бой на тотализаторе и не хотелось бы перед этим боем снова травмироваться. Тима тогда меня просто убьет. Да, я и сам не хотел бы повторять опыт предыдущего боя и выходить на поединок в плохой форме.

Мы с Ваней, после того, как было назначено место стрелки, съездили туда и хорошенько его осмотрели на предмет путей подхода, отхода и возможных подвохов. Пустырь был окружен с одной стороны лесопосадкой, а с другой стороны развалинами. До дороги и следующих за ней жилых построек было минут семь-восемь ходьбы, так что никто не должен был нам помешать. Походив вокруг, ничего криминального мы не нашли, и решили, что кто-нибудь из наших приедет туда пораньше и незаметно покрутится поблизости, отмечая все интересное, что будет происходить перед стрелкой. Кем-нибудь, кто все разведает, вызвался быть Сашка Петров. Он должен был приехать на несколько часов раньше, и затаиться до без пяти минут шесть, так как начало стрелки было назначено ровно на шесть вечера.