Пятнадцать дней в Африке

Наступила полуденная духота и зной, и все животные попрятались от одуряющей жары.

Клим чувствовал, что вся его одежда насквозь пропиталась липким потом, который потоками тек по спине и груди.

Стадо невысоких зебр, сверкая черно-белыми полосками, переместилось в редкую рощу акаций, лениво щипало траву, держась в метре от колючего кустарника шаровой формы.

Только жирафы, стоя на самом солнцепеке и не обращая внимания на палящее солнце, шустро ощипывали верхушки деревьев.

Рыжий ободранный носорог поднял огромную голову и, решив, что в такое время лучше полежать в тени, снова уронил ее набок.

– Сейчас вся деревня перепьется до чертиков. Поспят, потом снова продолжат пьянку. Завтра никто и не вспомнит, что по реке приплыла лодка с людьми. Это все Родс придумал, а Майк его поддержал. В такую жару только сумасшедшие и жирафы передвигаются по плато.

– Разве жирафы сумасшедшие? – спросил Клим для поддержания разговора.

– Жирафы практически не боятся солнца. Они в любую жару чувствуют себя прекрасно.

Машина увеличила скорость. Ни спидометр, ни указатель скорости оборотов двигателя не работали.

На их месте зияли круглые черные дыры, из которых торчали электрические провода.

Унылая голая равнина, покрытая однообразным буро-зеленым травянистым покровом, тянулась с обеих сторон дороги.

Слева снова начали подниматься горы, мотор изменил тон.

Кинув взгляд на водителя, Клим заметил, что до сих пор спокойное лицо негра стало серым.

Мотор чихнул и снова заработал.

Негр произнес длинную фразу, из которой Клим ничего не понял.

– Нам бы только до спуска доползти, а там можно и накатом доехать, – быстро перевел Ван Вейс фразу водителя.

Горы, как прикинул Клим, находились километрах в трех. Перетащить на руках все оборудование, имея пьяную вдрабадан команду, – нечего и мечтать.

Мотор снова чихнул, взревел и замолк.

Водитель стукнул кулаком по рулю и громко закричал. И без перевода было понятно, что кончился бензин. Проехав накатом метров сто, машина остановилась. Водитель, открыв дверцу, вышел из кабины и подошел к топливному баку. Открыв крышку, засунул туда веточку и, подняв ее, показал Климу. Веточка только сантиметров на десять была мокрой.

Выйдя из кабины, Клим услышал дружный храп, доносящийся из кузова.

– Сколько бензина расходует двигатель на сто километров? – спросил Клим, обращаясь к водителю.

Ван Вейс быстро перевел вопрос. Выслушав ответ, удрученно сказал:

– Он не знает, но машина дальше не поедет.

– Если я найду литров пятнадцать бензина, то сможет он доехать до речки? – спросил Клим.

– Нельзя тратить бензин от лодочного мотора! Как мы будем работать на водохранилище? Тем более там высооктановый бензин! – заволновался Ван Вейс.